Что-то внутри противилось ласке Грегора, а что-то молило дать ему шанс…или этот шанс предназначался нам обоим?"

"Так или иначе, стоило признаться себе, что мне нравится то, как он целует меня. Тело и сердце отзывались на его нежные прикосновения, на властный взгляд, на крепкое тело, налитое силой огненных, прижатое к моему. Там, в самом низу живота, закручивалась в тугой узел тяжелая сладость. Даже грудь и та будто налилась в тяжелых ладонях короля, стоило ему накрыть одну рукой.

Грегор не переставал целовать меня. Обещал что-то счастливое, далекое, о чем хотелось мечтать и чего я просто не могла себе позволить.

Проклятые губы Огненного обжигали кожу. Оставив губы, спустились ниже, по шее, оставляя за собой влажный след от этих прикосновений.

Я судорожно выдохнула. Ощутила свободу — мужская рука больше не тянула тяжелые пряди волос, испортив такую прекрасную прическу. Но мне было все равно. Плевать. Невольно, действуя скорее инстинктивно, прогнулась назад, откинула голову и закрыла глаза, зашептав про себя как молитву: «Еще немного… Я позволю ему совсем немного, потому что просто не могу отказаться от такой сладости!».

Руки Грегора поднялись к плечам. Несколько коротких раздражающих секунд боролись с какими-то завязками и шнуровкой, а затем муж просто не выдержал. Схватил края ткани, дернул резко. Рукава затрещали и Грегор потянул платье вниз, обнажая плечи, а следом и грудь.

Не удержавшись, охнула. Открыла глаза, взглянула на короля, который уже прижался губами к напряженной вершине соска. Обхватил, прикусил нежно, пососал, втягивая в рот, в то время как вторая его рука смяла мою вторую грудь.

Нежно подержала, будто привыкая к новой тяжести, приласкала, обхватив пальцами твердую вершинку. Покатала, заставляя закаменеть почти до боли, и уже следом губы короля вступили в эту мучительную игру и я не смогла заставить себя остановить его. Мне хотелось продолжения. Хотелось до боли узнать, каким он может быть, когда хочет меня. Меня, а не Клаудию.

Судьба сыграла с нами обоими жестокую шутку. Он не пощадил меня в первую ночь, а я теперь, получается, не щадила его.

И нам обоим было больно от этого. Грегор тянулся ко мне. Знать бы еще, что тому причина — проклятая лента или я сама?

— Не отталкивай! — услышала жаркий шепот мужа. — Не надо больше, Лея. Я просто могу не выдержать, — он оторвался от моей груди, впился взором в лицо, глаза в глаза, так пристально, с такой надеждой, что я не выдержала первой. Хотела отвести взгляд, но король не позволил. Его руки оставили в покое мою грудь, опустились на юбки и начали медленно поднимать, обнажая ноги.