— Послушай, солнышко, я все-таки пойду, обещаю, что точно не буду ревновать, по крайней мере, вы оба об этом не узнаете. Я боюсь что-то тебе сделать, вдруг будет больно! — попытался он объясниться.

— Иди сюда, ничего ты плохого не сделаешь. Я хочу — значит, хочу, если будет плохо, тут же скажу, — ответила Анита. — Я достаточно ценю и уважаю себя и вас, чтобы не делать того, что не нравится. Ты мне только скажи, ты сам хочешь, чтобы мы сейчас втроем..?

— Да, черт возьми, я хочу, я уже не могу терпеть, у меня же выдержка хуже, чем у Эмиля. Детка, только…

— Слышала уже, поняла — никто ни о чем не пожалеет, я в первую очередь. Солнышко, иди сюда, — Анита помнила к себе Эмиля.

Крис посмотрел на нее, окончательно удостоверившись, что та не шутит, и развил бурную деятельность: взял флакончик со смазкой, начал целовать и массировать спину жены, осторожно перемещаясь ниже, пока Анита не поторопила его, провокационно изгибаясь:

— Можно побыстрее, я уже тоже не могу терпеть…

Крис принял это как руководство к действию и начал подготавливать и растягивать ее, молясь про себя, чтобы не быть все-таки слишком торопливым и не причинить боли и не напугать.

— Да-да, можно, — подтолкнула его Анита к решительным действиям.

Она внезапно как будто увидела все это со стороны: наверное, такая ситуация могла бы быть в триллере — женщина и двое мужчин, с которыми она будет заниматься любовью. Наверное, в этом триллере героиня чувствовала бы себя напуганной и использованной, вот только здесь и сейчас все было по-другому: мужчины больше всего боялись как-нибудь оскорбить ее или причинить боль, а Анита чувствовала свою небывалую власть над ними. Власть, любовь, ответственность… оказывается, ей этого очень не хватало. «Нет, не пробуйте повторить такое самостоятельно, это только мне повезло» — самодовольно подумала она. Да, завтра она вспомнит о существовании многих мышц и мест, которые станут очень чувствительными, но и тогда ни о чем не пожалеет.

***Анита замерла, пережидая первое непривычное проникновение; Крис сдерживался и был готов отпустить ее в любой момент.

— Все, можно, — шепнула она и, затем, чувствуя Кристиана в себе, кивнула Эмилю.

«Точно ненормальная, такое придумать» — посмеялась она над собой, но неверяще-счастливое выражение лица второго мужа искупало все. Подойдя к ней, он внезапно встал на колени, удивив Аниту своим самостоятельным решением; но, когда он осторожно дотронулся губами до внутренней стороны бедер и прошелся с поцелуями вверх, она перестала оценивать его действия. Было слишком приятно, невероятно возбуждающе и хотелось отключиться.