Внедорожник свернул с трассы, и хорошая дорога закончилась. Горы, зловещие, темные, высились вдалеке и закрывали собой звезды на небе. Впереди поблескивало черная вода озера.

– Вячеслав Иванович, а ты в русалок веришь? – дрожа всем телом, наигранно весело поинтересовалась Ярослава.

– Лопату доставай, – вместо ответа мрачно процедил он сквозь зубы и выбрался из машины, громко хлопнув дверцей.

Она вздрогнула и взяла в руки лопату для земляных работ, которая обнаружилась в гараже и ждала своего часа на полу на заднем сиденье.

Они копали землю по очереди, чертыхаясь в кромешной тьме. Когда яма стала достаточно глубокой, остановились, чтобы отдышаться.

– Постой, я кое-что забыл! – спохватился Проскуров. – Останься здесь! – скомандовал он и двинулся к своему внедорожнику.

Ярослава настолько устала, что едва держалась на ногах. Если бы не мокрый снег, она бы села прямо на холодную землю. Ей казалось, она попала в дурной сон, и этот сон вот-вот закончится.

Громкий выстрел в ночи, яркая вспышка – и через мгновение у нее перед глазами все померкло, теперь уже навсегда.

– Прости, милая, ты стала слишком неудобной. Никому не дозволено угрожать прокурору. Да и я все равно собирался от тебя избавиться: моя жена начала догадываться о нашей связи. А так не пришлось ничего подстраивать, – сталкивая ее тело в яму, безразлично произнес прощальную речь Проскуров и сбросил следом за ней пистолет Рустама Омарова.

– Ты следующий, – открывая багажник, подмигнул он мертвому племяннику Шерхана. – Давай скорее, до рассвета мне еще надо успеть на автомойку.

Глава 23

Несмотря на все переживания, в эту ночь я крепко спала. Да и не могло быть по-другому: впервые со дня разлуки я заснула в объятиях того, кто все эти годы был моим наваждением.

Когда я открыла глаза, в спальне никого не было, а из гостиной пахло кофе и свежей выпечкой. Через приоткрытую дверь я увидела Метелина. Он уже успел одеться и разговаривал с кем-то по мобильному телефону. Мой слух уловил приглушенную детскую болтовню, и я улыбнулась: впервые девочки не стали меня будить, вместо этого они увлеченно играли рядом со своим отцом. Им все было в новинку: и незнакомый гостиничный номер, и присутствие родного папы, а главное – не нужно было идти в садик.

Я села в постели и поправила волосы. Одернула длинную пижаму, накинула сверху шелковый халат и открыла дверь.

Девочки побросали своих плюшевых мишек и кинулись ко мне.

Они по-прежнему были в пижамах, но их волосы были тщательно расчесаны и заплетены в косички.

– Ты заплел им косички? – удивленно взглянула на Метелина я.

Он убрал свой мобильник в карман джинсов и усмехнулся.

– Да, это единственное, что я умею делать. В детстве мама научила меня плести косичку на веревках.