Треск ткани эхом разнёсся по комнате, а затем куда-то в угол комнаты полетели мои разорванные трусики.

— Эй! — возмутилась я запоздало, ведь следом та же участь постигла верхнюю часть комплекта.

— Всегда хотел так сделать, — веселясь, признался Мирзоев, рывком усаживая меня на себя.

Горячая плоть тёрлась между половых губ, не проникая внутрь.

— Лер, у меня нет резинок, — вдруг спохватился он. — Ты ведь понимаешь, что если мы продолжим, есть риск…

— М-м-м… — застонала я, когда головка коснулась клитора. — Плевать, — выдохнула тяжело.

Я догадалась, о чём говорит Дима и мысль о том, что могу от него забеременеть, не показалась мне ужасной, а напротив, отозвалась в душе приятным правильным теплом.

Но потом вдруг запоздало подумала, что последствий может не хотеть он. Одно дело заняться сексом ради взаимного удовольствия, и совсем другое удовольствие потом последствия секса растить и воспитывать. Не все мужчины к этому готовы.

Едва ли не хныча от досады, я попыталась отстраниться, но мне не позволили, крепче сжав руки на бёдрах и подаваясь вверх.

— Но есть же экстренные средства, которые можно принять позже, да? Я успею утром в аптеку?

— Зачем? — не понял Дима, притормаживая движения. — Лера, ты боишься, что забеременеешь? — в его голосе послышалась досада.

— Нет, — призналась я, — я запоздало подумала, что тебе наверное не нужны последствия…

— Глупая! Как я могу не хотеть ребёнка от любимой женщины?

— Лю…любимой?! — не поверила я своим ушам."

"— Лер, я был идиотом, и сейчас не самый лучший момент для признаний… Но я люблю тебя! Сразу влюбился, ещё в первый день. Не торопился, напугать не хотел. Я чуть не сдох, когда ты… с ним… понимаешь?

— Дим… Я тоже была слепой дурой. Прости. Ты мне тоже сильно нравишься. Я с ума схожу от того, как ты касаешься меня, мне голову сносит от твоих поцелуев. Мне хорошо с тобой, как не было ни с кем… Дима, я, кажется… тоже в тебя влюбилась!

Признание вышло корявым, но искренним. Дима выглядел ошеломлённым.

— Лера! — простонал он, отмерев, когда я потёрлась о член промежностью. — Если я сейчас не войду в тебя, сдохну. Можно?

Ни слова больше не говоря, я приподнялась и направила головку в себя, а в следующий миг наши тела соединились в безумном танце страсти.

51. По заслугам

Максим

Я очнулся от мерзкого пиканья прямо над ухом. Голова болела так, словно меня отлупили в подворотне. Мерзкий специфичный запах медикаментов свидетельствовал лишь об одном: я в больнице.

С большим усилием открыл налитые свинцом веки и убедился, что не ошибся, упёршись взглядом в бледные стены больничной палаты. Судя по всему, одноместной. Уже что-то положительное, учитывая что я терпеть не мог больницы в принципе, особенно когда помимо тебя ещё человек пять на соседних койках.