Потом она названивала ему целую неделю. Натравила на него своих родных. Наверняка сделала бы что-то еще, но Эмиль пригрозил ее отцу, что если дочь продолжит дурить, то он потребует вернуть деньги, которые одолжил тестю для поддержки бизнеса.

После этого преследования прекратились. Но Елена продолжала доставать его с помощью матери.

И с этой женщиной ему растить детей? Да ни за что.

— Эмиль, может быть, ты попытаешься как-то наладить отношения. В конце концов, вы так мало пробыли вместе, — продолжала настаивать мать.

— Мне хватило, — процедил он строго.

— Ты так решительно настроен?

Это был далеко не первый раз, когда мать задавала этот вопрос.

— Да, решительно, — отчеканил он.

— Ну хорошо, — наконец сдалась она.

— До свидания, мама, — проговорил он, вздохнув с облегчением.

Но, как оказалось, зря.

— Постой, — тут же заговорила она. — Я тут подумала, раз с Еленой не получилось, у меня на примете есть…

— Даже не думай! — резко перебил ее Эмиль. — Я больше не хочу знакомиться ни с одной дочерью твоих знакомых. Если ты попытаешься еще хоть раз устроить мне свидание, я попросту прекращу с тобой общаться. Я серьезно, мама.

После второго неудачного брака Эмиль твердо для себя решил, что с него хватит отношений ради будущего наследника. Пока у него в груди не екнет, как при встрече с Лорой, никого он в загс больше не поведет. И знакомиться с протеже матери он больше не намерен.

— Но Эмиль, годы-то идут, — продолжила причитать она. — Когда же я дождусь внучка или внучку…

— Если тебе так хочется кого-то нянчить, возьми из детдома, а от меня отстань.

— Ты что такое говоришь? — охнула мать."

"— Ты же хочешь с кем-то нянчиться, так вперед… — проговорил он совершенно серьезным голосом. — В мире есть много сирот.

— Но это же будет совсем не то, — ответила она обиженным голосом. — Я хочу своего внучка…

Родную кровь, продолжателя рода и так далее и по тому же месту. О, сколько таких разговоров Эмиль наслушался, просто ужас. И ведь шел на поводу. Позволял матери третировать Лору из-за будущего наследника, даже женился ради этого второй раз. Но с него достаточно.

— Уж прости, мам, вот такой тебе достался непутевый сын. Все, давай, пока, мне некогда.

Он поспешил завершить звонок и уткнулся лбом в стол. Хоть трубку не бери, когда мать звонит, честное слово. Она умеет достать хуже любого самого въедливого налогового инспектора. Тому хоть взятку можно дать, а ей… Вынь да положь наследника.

Но Эмиль ей не бык-осеменитель. Он, вообще-то, человек. И ни в какие искусственно созданные отношения он больше вступать не намерен. Лучше совсем без них, чем так.

Он откинулся на спинку стула, потер ладонями лицо. А потом действительно занялся важным делом.

Отключил телефон, вытащил из него сим-карту.