Господи! Ну, пусть она будет в лифчике. Пусть, а? Нет. Господь временно отсутствовал, и моей просьбе не внял. И теперь в моей постели лежала любимая мной, горячо и страстно, малышка, в майке и хлопковых трусиках, которые завели так, что ноги отказывались двигаться. Сбросил свою одежду. Вернее, свитер, и носки. Предпочел остаться в плотных джинсах. Не сильно удобно, зато безопасно. Ну, почти безопасно.

Улегся рядом с Вилорой. Придвинулся ближе. Она доверчиво забросила свою ногу на мое бедро. Поворочалась. И затихла. Застонал. Нет, так ведь и с ума сойти не долго. Да пошло оно все! Чуть отодвинувшись, стянул джинсы.

Швырнул их на пол. И повернувшись к Вилоре, прижался к ней всем телом. Втянул запах ее кожи всеми легкими. Выдохнул. Вздохнул еще раз. Совершенно неожиданно начал успокаиваться, и под ее тихое и равномерное дыхание провалился в сон.

Проснулся от легких касаний к щеке. Даже не поверил своим ощущениям. Приоткрыл один глаз. Вилора, опираясь на локоть, смотрела на меня. А пальцами другой руки нежно водила по моему лицу. Вот это утро!

-Привет, - улыбнулся я.

-Привет, - улыбнулась она в ответ.

-Поцелуешь? - попросил я. Вилорка хитро улыбнулась.

Качнула головой. Вздохнул.

-Ну, мы не гордые, и сами можем, - проворчал я, отталкиваясь рукой от постели и переворачиваясь на живот, попутно прижимая девушку к себе.

Наклонился, ласково коснулся ее губ, которые спустя мгновение, раскрылись. Не смог сдержать стона. Углубляя поцелуй. Не позволяя ей отодвинуться. Да она, судя по всему, и не собиралась никуда.

-Я есть хочу, - капризно заявила Вилка, когда я отстранился от нее.

-Обжорка ты моя, - мягко пожурил ее я, и поцеловал в кончик носа. Встал с кровати, освобождая любимую от веса своего тела.

Оглянулся в поисках своих джинсов. Отыскав их, взял в руки. Глянул на Вилору, она, скрестив руки на груди поверх одеяла, смотрела на меня. И взгляд такой хитрый. Такс, что-то тут не так.

Приподнял брови вверх. И не сводя с нее взгляда начал одеваться. Смотрел и гадал, откуда подвоха ждать. Волшебный хрустальный туфель меня не разбудил. Проснулся я от ее ласки, а не криков.

Не глядя, натянул джинсы. Посмотрел на свои ноги.

-Это мои любимые ... были, - проворчал я, рассматривая творение рук Вилоры. Вернее рук и ножниц. Пару минут разглядывал клочки, бывшие некогда стильными и модными джинсами.

Потом мысленно махнул рукой, и, прищурившись, посмотрел на Вилору. Размял пальцы, хрустя костяшками. Нахмурился якобы грозно. Вилка поддержала мою игру, и, взвизгнув, спряталась под одеяло. Нырнул следом. Отыскав визжащее тело, начал щекотать.

-И зачем ты так с ними, а? - причитал я, - Что мои многострадальные брючки тебе плохого сделали, выдрочка моя колючая?

-Сам виноват, гопник мой волосатый! - смеялась она, изворачиваясь и визжа под моими щекочущими ладонями.