— Мирик?! — воскликнула Лика, когда я вышел на свет, так сказать. Интерес к Губику, как и к Ники, был потерян сразу. — Проходи, — широко распахнула дверь и начала кусать губы, чтобы придать им цвет. Я только сейчас понял, что без косметики ее не видел особо. У нее всегда что-то на лице, тот самый образ сериальной блондинки, который стал ее вторым я.

— Я хотела с тобой поговорить, — начала мурлыкать.

— Я тоже, — и посмотрел на дочь: — Ники, иди к себе в комнату, поиграй с Губиком, — сам сделал приглашающий жест, чтобы Лика следовала за мной, прикрыл дверь и посмотрел на нее.

— Я понимаю, что тебе плевать на моего сына, но ты оставила Ники в беде. Так сложно было жопу поднять и приехать?

Лика удивленно хлопнула большими глазами. Да, я задолбался быть тактичным: ну не доходит до нее человеческим языком!

— Почему я должна спасать чужого ребенка? Я не жена тебе и не мачеха ему. Тем более когда ты лишил меня средств! Я с Николь хотела поговорить об этом!

Лика уже выдавала мне фидбек о том, что перестал заниматься ее финансовыми вопросами. Я слушать не стал и просто сбросил вызов. Сейчас тоже не хотелось этот тупой визг в уши.

— Ники остается у меня, но где алименты, Мирослав? Я на что ее кормить должна?

— Ты мне скажи: ты в голову только ешь? Или там и другая информация помещается?

— Что?!

— По закону ты должна мне алименты: дочь живет со мной.

— Но…"

"— Скажи спасибо, что я не подал на тебя в суд и в принудительном порядке не опустошил твои счета за несколько лет твоего «материнства», — показал кавычки.

Лика долго смотрела на меня, меняясь на глазах, прежде чем произнести снова то, что развело нас когда-то. Что поставило точку в нашем браке.

— Я тебе ничего не должна. Я родила тебе. За тобой должок на всю жизнь.

После развода я простил эти слова: думал, может, депрессия или еще какая штука сломалась в ее психике, но теперь понимал, что эта женщина просто не способна быть матерью. Нет материнского инстинкта. Да, моя вина была в том, что не распознал этого сразу. Уверен был, что пройдет. Нет, Лика не любит детей. Она даже дочь не любит…

— Я ничего тебе не должен. Больше нет.

— Как же, — окончательно превратилась в ту злую невротичку, которая орала, что ненавидит меня и ребенка, — ты заставил меня родить! Я не хотела! Я никогда не хотела детей! Если бы не Николь, мы бы прекрасно жили!

— Замолчи! — шикнул на нее.

— Она испортила наш брак! Я ее не хотела… Никогда не хотела… Ты меня использовал… Заставил… — начала говорить, словно дыхания не хватало, срываясь в неконтролируемую истерику, тихую и более опасную. В такие моменты Лика была непредсказуема.

Да, так вышло, что она забеременела. Я был рад, влюблен и счастлив.