Не знаю, эффект это пугающей вспышки внезапно проснувшейся у меня магии или надетого мужем Виолет браслета, но ощущала я себя хуже некуда. Даже подняться с кровати удалось с трудом. Накатило головокружение, девушка вовремя поддержала меня, не давая упасть обратно в постель.

Признаться, я впервые порадовалась тому, что ничего не нужно делать самой. Служанки усадили меня на стульчик в ванной, обмыли, обтёрли полотенцами, уложили волосы, нанесли все необходимые средства и запудрили до белизны. Хотя можно было обойтись и без этого, я и так бледна словно покойник. А вот тяжёлые одежды пришлось тащить на себе самой.

Я возненавидела очередное платье уже на втором шаге. Феминисток на них нет. Мне двадцать, а я чувствую себя старой бабкой. Ворчу про себя, всех ненавижу и с трудом передвигаю ноги.

Мы покинули выделенные нам каюты и поплелись по коридору к главному выходу. Конечно, плелась я, остальные были вынуждены передвигаться с моей скоростью. Стоит отдать должное мадам Жаклис, она недовольно вздыхала, но меня не торопила. Впрочем, неполной недели общения с ней хватило, чтобы сделать о ней определённые выводы. Она неглупая, осторожная и бесстрашная.

В своей ярости я чуть не уничтожила целый летучий корабль, а она продолжала стоять на своём, после чего выставила меня неадекватной истеричкой перед мужем Виолет. Опасная женщина, пугающая. С Домиником проще, он просто противный самоуверенный мужлан. Теперь я удивлялась тому, что Виолет не сбежала раньше. Хотя, возможно, её также контролировали во всём. Мне ведь даже не разрешено самой решать, брить ноги или нет.

– Виолет? – ворвался в мои мысли голос Доминика.

– А? – я перевела к нему рассеянный взор.

– Я говорю, добрый день, Виолет, – процедил он, глядя на меня сверху вниз.

Чёрные глаза наполняло бешенство. Похоже, он ко мне обращался, а я не слышала из-за звона в ушах. Хорошо, что с утра ничего не поела, иначе бы меня до кучи вырвало на его мундир. Что-то мне совсем плохо…

– Добрый, – медленно кивнула я, стараясь избегать резких движений.

Никогда в жизни не теряла сознания, но сейчас была как никогда близка к этому. Может, и хорошо, не придётся идти самой.

– Что с вами? – Доминик попытался поймать мой взгляд.

– Мы вроде куда-то шли. Можно уже дойти? – поинтересовалась я тусклым голосом.

Нет, всё-таки тошнит, несмотря на то, что желудок пустой. Я спешно отвернулась от мужа сестры и тут же об этом пожалела. Голова закружилась.

«Давай, Ви, держись. Бывало и хуже. Помнишь, как вытаскивала собаку из реки зимой? Помнишь? Вот и не ной», – подбодрила я себя.

– Почему вы не сообщили о состоянии Виолет? – донеслось сквозь вату.

Оборачиваться я не стала, упрямо пошла вперёд и вскоре с облегчением вцепилась в поручни у ведущего вниз мостика.

«Вот, молодец.