Отчего-то я не волновалась за желание, полагая, что брюнет не станет переходить границу. Чуть отстранившись, я посмотрела в его глаза, отметив, что веселье оттуда сменилось чем-то мягким и теплым, а еще твердым и решительным, словно брюнета разрывали противоречивые эмоции, а затем перевела взгляд на его губы.

Крепко, почти до боли, сжимая пальцами его плечи, я разглядывала его, поражаясь тому, как мог парень выглядеть так красиво и мужественно одновременно, и старалась вспомнить, почему продолжать знакомство с ним было бы ошибкой.

В голову разумных идей не приходило.

Сглотнув, я уже готова была признать поражение. Приподнялась на носочки. Еще сильнее сжала пальцы. Словно в замедленной съемке, прикрыла глаза, и потянулась к его губам… так медленно и чувственно. Сердце стучало сильно, отдавалось звоном в ушах, и отчего-то я волновалась. Я уже была так близко, как вдруг высказав очень некультурное слово, брюнет резко отскочил от меня, и я распахнула глаза, чтобы в следующее мгновение сложиться пополам от смеха.

— О боже, меня спас голубь, — слезы катились по моим щекам, а я не могла остановить смех.

Брюнет же поглядывал на меня очень недовольно, а затем перевел мрачный взгляд на пальцы, которыми мгновение назад коснулся своих волос, и на которых обнаружил подозрительно пахнущую белую вязкую субстанцию — как интеллигентно назвала я голубиный помет.

— Сначала ты сперла мою одежду, затем бросила меня в клубе, теперь вот… это, — чуть протянул он ко мне руку. — Знаешь, Даша, я начинаю думать, что судьба за что-то меня наказывает.

От мрачной трагичности его тона я рассмеялась еще сильнее, что не понравилось моему спутнику, и, пригрозив разделить со мной дары небес, столь любезно окрасившие его волосы, парень решительно двинулся в мою сторону.

— Не надо, — как ни старалась, не могла успокоиться я. — Себе оставь, — бодро увернувшись, я отскочила на пару метров и весьма показательно сморщила нос. — Той прошлый аромат нравился мне куда больше.

Брюнет только глаза закатил, видимо мысленно спрашивая, за что ему это. Чистой рукой взял мою ладонь, и повел в сторону туалетов, которые так удачно оказались общими.

Окинув скептическим взглядом отделанную под камень столешницу с раковинами, я бодро забралась на нее, и принялась наблюдать за действиями парня. Тот включил воду, и подставил под нее голову, старательно смывая следы внимания птиц. Капли стекали на его футболку, которая вскоре грозила промокнуть, и недолго думая, брюнет снял ее, и кинул в мою сторону.

— Наслаждаешься видом? — подмигнул он, выдавливая в ладонь жидкое мыло. А затем картинно поиграл мускулами.