— Это базовый общевойсковой экзо пехотинца, даже крепления для навесного оборудования и брони на месте! — Продолжал заливаться соловьем собеседник. — А это значит, что солдат в нём должен и под обстрелом вперед ползти, и по лестницам и стенам карабкаться, свободно садиться в гражданское авто и даже, в случае необходимости, плыть! Ну, вы же знаете эти безумные русские стандарты.

Стандарты я не знал, но машинально кивнул в ответ на заговорщицкое подмигивание. Потом немного подумал, и помотал головой:

— Спасибо, но всё-таки нет.

Надо будет на досуге погуглить обзорные статьи про вооруженные силы России и США, кажется, я узнаю много чего интересного.

* * *Аэротакси над территорией парка двигаться не имели право, как и дроны, кроме специальных — под предлогом безопасности все тех же птиц. Пришлось поработать ногами и хорошенько так умыться потом на подъемах и спусках, костеря про себя на чем свет стоит за жадность, пока я не отошел от туристических троп и дорог достаточно далеко. Что поделать, издержки местной горной природы: с любого гребня человека можно за несколько километров разглядеть.

Наконец впереди показался сухой распадок, сплошь заросший пушистыми елями — то самое место, что я искал. Так, теперь телефон выключить, войти под кроны — и ни одна собака не увидит, чем я тут решил заняться. Точнее, одна все же увидит — у Фаи и без глаз это прекрасно получается. А ну-ка…"

"Выпустив симбионта, я минут на пятнадцать забыл об окружающем мире: бордовая борзая в неполной форме, грозная боевая биоэнергетическая система вампиров, прыгала вокруг меня и пыталась вылизать целиком словно обычный домашний любимец.

Потом я вдоволь начесал бархатистое пузо под счастливые повизгивания, был обработан языком повторно — и только после всех этих важных собачьих ритуалов Фая заинтересовалась окружающим миром, решив методично обнюхать все вокруг.

Занятно, раньше, при всей теплоте отношений с симбионтом, я все-таки не замечал именно вот таких, совсем собачьих реакций. Особенно вначале. Постепенно отзывчивость хорошо смазанного и ухоженного автомата сменилась на более живую реакцию, но даже когда мы гуляли и играли по ночам на улицах Токио — столь щенячьего восторга я ни разу не удостоился.

То ли перерыв между манифестациями так подействовал, то ли… не всякую «прокачку» можно записать цифрами. Если так, то я рад, что нащупал верный путь. Оружие, как показала практика, я могу достать — а вот с друзьями у меня не особо получается.

Подозвав борзую, успевшую обнаружить белку и, кажется, довести своим видим зверька до предынфарктного состояния, я принялся скармливать ей «лишние» вещи — последним в пасть отправился свернутый рюкзак.