Человеку со стороны повлиять сложно…

— Но не чиновнику-функционеру, согласующему бюджеты госвузам и дотации — частным, — возразил хозяин кабинета.

— Инициатива, исходящая от политика, будет гарантировано воспринята в штыки, — с грустной улыбкой покачал головой Йон. — Вот если политик поддержит одного из президентов, рискнувшего выступить с таким… смелым предложением — другое дело."

"И глава универа замолчал, затягивая паузу. Я не сразу понял, почему, но потом до меня дошло: фактически Фил сейчас предложил своему визави целевой союз. Потому что выступив против царящих в своей же среде настроений уже президент окажется крайним, и на своем месте его будет держать только поддержка свыше.

Но даже так, дальнейшая карьера главе госвуза уже не будет светить… учебная, в смысле. Зато откроется политическая… если, конечно, Йон в какой-то момент не кинет теперь уже зависимого от него человека. То есть придется полагаться на добропорядочность политика… ну и на сумму общих финансовых интересов, которые будут скреплять союз прочнее любого договора. Если, конечно, эти интересы будут.

Вот так вот, шах и почти мат.

Или рискуй своей репутацией и кошельком за собственные убеждения, или — не высовывайся. Понятно, что президент сейчас даст задний ход и вспомнит о своей инициативе только через несколько лет в лучшем случае — если с высотным зеркалом все выгори…

— Согласен выступить застрельщиком. Вы правы: инициативу должен проявить кто-то из своих, — твердо заявил Йону собеседник.

Что-о?! По-моему он и Фила смог серьезно так удивить.

— Смелость и верность принципам — те качества, что могут изменить мир, — задумчиво, но скорее одобрительно выразился замгубернатора, и вдруг «вспомнил»: — Уважаемые господа и дамы, вам не кажется, что мы непозволительно долго заставляем слушать всякие скучные вещи наших замечательных изобретателей? Уверен, у них уже желудки подводит от голода — это мы, старики, можем трындеть и трындеть о своем вместо обеда и ужина.

Отпустим молодежь?

Выйдя за двери кабинета, мы втроем переглянулись — и дружно выдохнули.

— Это было посложнее, чем речь с трибуны толкать, — за нас всех призналась Роуз. — И… давайте жрать уже. Пусть даже гамбургер — или я действительно помру!

Глава 38

Когда сидишь в засаде на позиции дольше пяти минут — невольно начинают лезть в голову мысли «а не перехитрил ли ты сам себя».

И чем больше времени проходит — тем настойчивее сомнения стучаться в мозг. Тут главное — не поддаваться. Ну или не занимать статических позиций, в зависимости от тактической обстановки. Мы с Хоук заняли оборону очень удачно: в одной из комнат с сохранившейся дверью и бетонными колоннами, практически исключающими обнаружение через щели между полотном и притолокой.