Одномоментно хочу запереть Настю в золотой клетке, вознести к небу и растоптать. Сюрреализм какой-то.

Но стоит девушке оказаться рядом, как чувства оказываются сильнее доводов разума.

Готов весь мир бросить к ее стройным ногам.

От нежности щемит в сердце. В груди расползается невиданное прежде тепло.

Чистая. Светлая. Неподкупная.

Ох, Настенька, знала бы ты как меня тянет к тебе! Не могу удержаться!

Жажда слишком сильна.

И уже плевать, что она сама ушла от меня. Что забрала деньги. Оставила тупую записку.

По моей вине попала в аварию, а следом в больницу.

Сейчас, когда я снова могу вдохнуть ее запах, все прошлое отходит на задний план.

Остаёмся лишь мы.

Одни во всем белом свете."

"Держу в руках хрупкое женское тело, прижимаю к своей груди. Она мое самое главное сокровище. Моя уязвимость. Моя ахиллесова пята.

Настя дрожит от страха. Я чувствую исходящий от нее ужас. Он сбивает.

Как она до сих пор стоит на ногах?

Глупышка! Да ты сделала меня самым счастливым на целой земле! Я стану самым лучшим отцом для нашего сына!

Сердце в клочья. Шторм в десять баллов.

Прижимаю ее ещё крепче к себе.

Моя пташка брыкается, несёт полнейшую дичь.

Кидает нелепые обвинения, обзывает. Вызывает на провокацию.

Думает, что я поведусь? Ага! Как же!

Я в курсе от кого ребенок! Он от меня! И Настя может сколь угодно утверждать обратное. Мы оба знаем правду.

Глупо же отрицать!

По срокам сходится идеально. Тимофей Павлович мне все рассказал. Ошибка исключена.

А ещё лечащий врач моей пташки рассказал кого именно ждёт Настенька. Когда он озвучил, я потерял способность дышать. В горле встал ком и я не мог вдохнуть около минуты.

Моя сладкая девочка… Моя птичка! Что же ты делаешь со мной?

Девяносто процентов, что будет мальчик.

Через пару дней должны сделать контрольное УЗИ и там уже точно скажут пол.

Я буду присутствовать. Хочу посмотреть на своего сына.

Никто не сможет мне помешать!

Настенька смотрит на меня огромными от испуга глазами, в них плещется паника. Малыш, ты чего? Это же я…

Ладони зудят от острого желания закинуть её к себе на плечо, отнести в палату и как следует показать все чувства, которые испытываю к своей сладкой девочке. Заласкать до потери сознания. Зацеловать до громких стонов. Закинуть на пик наслаждения и неимоверно долго её там держать.

Любить ее.

Торможу. Насте нельзя заниматься сексом. Ей в принципе нельзя возбуждаться.

Да и прежде всего нам нужно поговорить.

Но как она смотрит… Душа наизнанку. Жажда коснуться ее гораздо сильнее меня. Член стоит колом, пульсирует от нетерпения. Я с трудом соображаю, что творю.

Накрываю мягкие губы своими, врываюсь языком в горячий рот, начинаю неистово там наводить свои порядки. Пью Настю до дна. Никак не могу остановиться.

Она не оказывает сопротивления.