Им не нравилось то, что я сбежала от Марата и забрала сына, — сознаюсь.

— Охрененная родня! Врагу не пожелаешь!

— Да, наверное… — На миг зажмуриваюсь. Раньше я еще могла оправдывать маму и папу. Списывать их равнодушие на возраст или веру в семейные ценности. Однако после сегодняшнего… — Я поговорила с мамой и, не отключая телефон, отвлеклась на Пашу. А через минуту позвонил Марат. Похоже, они регулярно общаются, и мама сообщила мужу, что я на связи.

— А сим-карта? Ты оставила ту или теперь снова сменила?

Егор берет со столика мой мобильный.

— Оставила. Больше нет смысла ставить новую.

Наши взгляды скрещиваются. И мы оба задерживаем дыхание.

— А теперь расскажи то, что не сказала, — словно гипнотизируя своими глазами, произносит он.

— Нет… — Переплетаю пальцы в замок.

— Алена, я слишком давно варюсь в этом дерьме. — Егор ласково гладит меня по щеке. — Что потребовал Марат?

— Он отдаст ее. Отдаст… — Связки почти не слушаются. Сердце колотится как у трусливого зайца. А внутренний голос испуганно кричит: «Молчи!»

— Я не сомневаюсь. — Егор мажет подушечками по губам.

— Нужно просто немного подождать, — шепчу, не слыша саму себя.

— Конечно. Подождать.

Майор разгибает мои задубевшие от напряжения пальцы. Целует каждую костяшку. И дует на них, будто они одна сплошная рана.

— Скоро Катя будет дома, — кивает, словно ни капли не сомневается. — А пока… Давай, хорошая моя, поиграем в правду. Никакого героизма. Никаких секретов. На кого этот ублюдок готов выменять мою дочку?

— Егор… — Вздрагиваю как от удара током.

— На меня? — делает паузу. — На Пашу? — вновь молчит. — Или на тебя?

Глава 43

Говорить настолько сложно, будто весь мой речевой аппарат находится под заморозкой, как у стоматолога. Намного проще промолчать и без уговоров, без споров и без борьбы сделать все, как нужно. Дождаться Машу, которой я уже сообщила наш адрес и попросила приехать. Вызвать себе такси. И попрощаться с Пашей.

Если бы Егор не вернулся сейчас домой, я бы так и поступила. Послушалась бы Марата, несмотря на жуткий страх за будущее моего мальчика и полную неизвестность для себя.

Ради Кати я бы, не глядя, нырнула в этот омут.

Но теперь… уже вижу по решительному блеску голубых глаз — Егор не разрешит, не выпустит из дома пока не узнает все до мелочей.

— Кого потребовал твой муж? — повторят он вопрос.

— К счастью, мужу не нужен Паша. У Марата есть целая спортивная школа из парней, которые молятся на него как на бога. Мой мальчик, с его постоянными болезнями и добрым характером, никогда не мог тягаться с «будущими бойцами».

Морщусь, вспоминая, как муж вечно ставил Паше в пример своих учеников. «Сильных, смелых и жестких», — как он с гордостью о них говорил.

— Я тоже ему без надобности.