Как-то до этого не приходилось ему ощущать на себе последствия этого стихийного бедствия, хотя бывало, что и залезал к какой-нибудь даме в окно, нарочно в то время, когда она переодевалась, или собиралась ложиться спать… Вот только все прежние его пассии как-то по-другому себя вели, стоило им узреть в окне фигуру наследного принца… Визжали, но тихо и как-то… завлекательно, что ли… Закрывались одеждой, но почему-то получалось так, что он видел все больше и больше…

Короче говоря, к ботинку, прителевшему в голову одновременно с ножом, целящим в бок, Ежи подготовлен не был.

И, если нож он увидел и заблокировал, то вот ботинка не ожидал…

Как и того, что девушки примутся действовать единым фронтом, беззвучно, но очень активно и крайне агрессивно.

В итоге, Ежи осознал себя уже на полу, машинально успевая перехватить очередной удар уже не ножа, потому что нож он сумел выбить, но все равно чего-то острого у горла, и одновременно пытаясь вывернуться из серьезного такого захвата бедер блондинки, оседлавшей его, словно норовистого скакуна, и норовящей еще раз применить свое мощное орудие: совсем не дамский ботинок с серьезным таким подкованным каблуком…

Каким образом ему удалось совершить в один момент оба маневра, он и сам не понял, но девушки, напавшие слаженно, неожиданно, без объявления войны, да еще и так вероломно, задержались на мгновение, тяжело дыша и отдуваясь.

— Тихо! — прохрипела темноволосая Рути, упираясь удивленным от узнавания взглядом в лицо Ежи, — тихо! А то весь дом сбежится!

— Не сбежится, — отозвалась блондинка, сильнее сжав его бедрами, да так, что Ежи, чуть задохнувшись, понял: реально не сбежится…

Все происходило в полнейшей тишине, даже упал он на мягкий ковер практически бесшумно, девчонки за время нападения не произнесли ни звука, что указывало на то, что им самим не выгоден шум.

— Девочки… — хрипнул он, — я не хочу ничего плохого…

— Ты кто? — блондинка, которая явно в этой криминальной компании была заводилой, еще сильнее сжала его бедрами и чуть навалилась, открывая шикарный вид на глубокое декольте, которое в любой другой ситуации Ежи бы обязательно заценил, — вор?

— Нет… — едва сумел выдохнуть он, чувствуя, как сдавливает грудь. Ох, и хват у этой дамочки… Не позавидуешь ее мужу… Или позавидуешь…

— Это не вор, — сообщила Рути и вывернула из захвата запястье.

Тонкий стилет, острие которого было направлено прямиком в горло Ежи, она тоже убрала, и принц выдохнул. Чуть-чуть. Все же, под таким бюстом особо не раздышишься…

— А кто? — блондинка приподнялась от груди Ежи, позволяя блаженно вдохнуть, посмотрела на Рути, нахмурилась, — знаешь его?

— Ну-у-у… — неопределенно ответила та, отвернувшись и словно смущаясь.