Получается, что не зря товарищ Сулимов шакалов на собаках женил. При случае в Москве ему лично руку пожму.

Следователь повернулся к Феде:

— Организуй понятых, будем изымать находку, как положено.

* * *

— За что меня держат, гражданин начальник? — плаксиво возмущался Ладошкин в кабинете для допросов, который находился рядом с КПЗ, в подвале Управления.

— Что же ты, Григорий, утаил цель своего визита к батюшке? — Горохов смотрел на задержанного испытующе.

Глаза, как два прожектора. Не мигают. И слова тщательно подобранные — мол, тут у нас не дружеские разговорчики, тут не забалуешь.

— Я же сказал, что выпивать к другу пришел, — под натиском такого взгляда задержанный вздыхал и ерзал на скрипучем стуле.

— Врешь! — хлопнул кулаком по столу Горохов. — Сегодня мы нашли два пистолета модели «Тульский Токарев». — Угадай, где?

Ладошкин втянул голову в плечи:

— Это не мое! Чес-с-слово. Не моё!

— Это ты в суде рассказывать будешь. Пальцы на пистолетах твои. И следы запаховые тоже.

— Какие еще запаховые следы? — опешил наладчик."

"Но следователь не стал ему рассказывать о передовых технологиях, которые мы тут осваиваем.

— Не важно, — отрезал шеф. — Пальцев за глаза хватит, чтобы тебя до конца жизни упечь.

— Как — до конца жизни? — часто заморгал Гриша и облизнул пересохшие губы. — Это же всего лишь незаконное хранение оружия.

Однако Ладошкин, кажется, и в УК разбирался — хотя номеров статей, как опытные рецидивисты, и не цитировал.

— У нас, между прочим, с этим оружием много чего связано, — многозначительно проговорил шеф. — Попал ты, Гриша. По самое не балуй. Суши сухари.

— Да я просто продать стволы хотел, Арсению.

— Говори все как есть! — бухнул кулаком по столу Горохов. — Иначе прицепом пойдешь по делу, в составе организованной преступной группы.

Никита Егорович тоже сполна оценил его осведомленность — и не преминул использовать.

— Нет никой группы, чесслово! Я один трофеи собирал. Хобби у меня такое. Искать в лесах оружие военных времен. Под нашим городом много боев было — вы, может, не знаете. Землянки и блиндажи сохранились даже. Их засыпало, но там не много, разрыть просто надо. А внутри некоторых из них и ящики с оружием можно найти. Если стволы законсервированы и в масле хранились, то они вполне себе хорошо выглядят. Исправные, лучше, чем из музея. Вот и промышлял я этим, а добычу сдавал батюшке.

— И много добыл?

— Да нет... За три года — стволов десять. Не нажился, конечно, но это же как рыбалка — затягивает. Снова и снова в лес зовет.

Теперь я понял, почему Ладошкин рыбу не раздавал. Не на рыбалках пропадал он, а в черного копателя игрался. Поэтому и штормовка у него такая чумазая, в земле вся. И пальцы как у землекопа в третьем поколении.

— Так. Кто еще продавал попу оружие?

— Не знаю...