Предлагаю не обольщаться этой вот добротой с верхов. Чую, это лишь затишье перед бурей. Огребем еще по полной. Итак, какие будут предложения?

Только мы нахмурились, думая над ответом, как в дверь постучали, и в кабинет закатился Огурцов:

— Доброе утро, товарищи, что-то вы будто приуныли?

Он хитро щурился и улыбался одним уголком рта, будто злорадствовал над нашими неудачами. Уж он-то точно всё прекрасно знал.

— И тебе не хворать, Иван Петрович, — буркнул Горохов. — Ты по делу или работать с утра не хочешь?

Колобок пропустил колкость мимо ушей:

— Я, между прочим, к вам с хорошими новостями.

— Оружие нашли? — насторожился Горохов и перестал качаться на стуле, оставив кружку.

— Нет. Не с такими, конечно, хорошими, но все же... Опознали труп подростка последнего. Это Кочкин Дима, 1972 года рождения. Тринадцать лет пацану на данный момент было бы. Сегодня из Москвы, из информационно-вычислительного центра МВД, ответ на ваш запрос пришел. Пальчики совпали по дактоучету.

— Ребенок был в базе данных МВД? — удивился Горохов.

— Он часто сбегал из московской спецшколы-интерната. Стоял на учете в детской комнате милиции. Родители погибли в автомобильной аварии пять лет назад. Поэтому его особо никто не хватился, но как без вести пропавший — числился. Но в Москве, конечно. Вот выдержки из розыскного дела, — Огурцов положил на стол Горохову подшивку листочков. — А тут он вообще, получается, не местный.

— А что же он делал в Цыпинске?

-— Да, далековато от Москвы, сложно случайно здесь очутиться.

— А вот этого никто не знает, как здесь очутился. Ведь родители в Москве жили. Но родом они из Цыпинска.

— Интересно... — Никита Егорович. — У него здесь другие родственники есть?

— Бабушка. Адрес в справке имеется.

— Отлично, — Горохов даже встал и похлопал по плечу колобка, на миг забыв о взаимной неприязни. От богатырских похлопываний Огурцов затряс брылями. На секунду скривился, но стойко принял знак уважения от нашего шефа.

— Андрей Григорьевич, — Горохов протянул мне листочек, все ещё вглядываясь в строчки текста. — Сгоняй, навести старушку. Так-с... Она 1906-го, это ей почти восемьдесят. Давай аккуратнее с ней. Береги ее психику. Она не знает, что внук погиб. Как бы сама от такой новости не загнулась. Вот что. Возьми с собой Светлану Валерьевну. Для надежности. Поговорите обстоятельно, скорее всего, Кочкин к ней и приезжал, иначе зачем бы он на дальней родине родителей оказался? Вот только почему она не сообщила, куда следует? Ее внук сбежал из спецшколы еще год назад. Странно.

— Постараюсь сохранить старушке жизнь, — кивнул я поглядывая на Свету, та уже складывала блокнот и ручку в сумку и косилась на меня.

Я тоже по ней соскучился.