— Да и Горбачев вроде мужик дельный. Все-таки сейчас можно уже говорить о том, о чем раньше подумать даже запрещено было.

— Слишком уж он дельный, — многозначительно хмыкнул я, но всё-таки не стал критиковать молодого генерального секретаря ЦК КПСС, который сейчас в СССР набирал бешеную популярность на фоне престарелых и вялых предшественников.

— Погоди, — я пригляделся к Феде, — это что у тебя? Синяк?

На его скуле виднелась «штукатурка» из умело наложенных слоев тонального крема. Я слегка опешил.

— Что у вас там с Верой за игры такие ночные?

— Да, ты что, это не она! — замахал руками Погодин.

 — Это ее бывший приходил. Но я его с лестницы все-таки спустил и веник ему в вдогонку кинул. А он, гад, успел меня зацепить вскользь по морде. Сильно видно, да? Утром вообще незаметно было, после того, как Вера мне его закрасила.

Он снова зажмурился, совсем как кот — видимо, вспоминая Верины пальчики на своём геройском лице.

— Да не видно, — успокоил я его, — если не приглядываться. А что за ухажер и зачем веником в него кидать? В хозяйстве пригодится.

— Это я так букет цветов назвал, который он приволок. Приперся подшофе с букетом из роз. Где только он в Михайловске их достал, зараза? У спекулянтов они бешеных денег стоят. Хотя он же из ОБХСС, мог договориться.

— Так это тот, который на танцах к нам подходил?

— Он самый, — закивал Федя. — Фамилию его забыл. Карасев, что ли? Помню, что глазки у него рыбьи и фамилия такая же.

— Щукин, — кивнул я, использую свою профессиональную привычку запоминать имена и данные сомнительных личностей.

 — Оперуполномоченный отдела БХСС старший лейтенант милиции Щукин Макар Валерьевич.

Но Федя объемов моей памяти не оценил и вообще съехал с темы.

— Слушай, Андрюх, а можно в гостиницу пойду? Отосплюсь чуток, а с обеда на работу выйду. Только чтобы Горохов не узнал. Прикроешь? Будь другом…

— С тебя два билета в театр, — кивнул я. — Достанешь? Света все хочет местный посетить, а билеты уже, как всегда, раскуплены. Тряхни спекулянтов и, если что, договорись с ними по сходной цене, я заплачу.

— Ладно, — вздохнул Федя, — договорились…

Не очень ему хотелось трясти спекулянтов. Он сейчас вообще был на другой волне. Казалось, райские бабочки кружили над его головой, под пение соловьев и прочих дроздов. Только пастушьего рожка не хватало.

* * *

Я тем временем продолжал ходить в секцию дзюдо. Горохов не исключал, что этим самым Борцом может быть кто-то из дзюдоистов. Или вообще сам Воеводин. Уж слишком много ниточек ведет к нему.