Пойманную рыбу из садка выпустил обратно в пруд — все равно этот улов есть уже никто не будет. Да и тело, в котором я оказался в качестве наблюдателя, вряд ли сегодня вернется домой. А если и так, долго ли оно проживет?

Насколько я знал, «МСЧ-126» двадцать шестого и двадцать седьмого апреля будет буквально забита пациентами с признаками острой лучевой болезни. Может, где-то среди них и окажется этот рыбак.

Я внутренне собрался, снова посмотрел на часы. Время пошло на секунды.

Хоть я и готовился, все равно отшатнулся от разверзшейся передо мной страшной картины.

Весь корпус четвертого энергоблока вздрогнул, местами частично пропала электроэнергия. А уже через секунду, с оглушительным грохотом крыша огромного здания взлетела на воздух, окутанная пламенем невероятного цвета. Да что там цвета… Полыхало всеми цветами радуги, но все равно преобладали багрово-голубые и фиолетовые оттенки. Вверх, в ночное небо взметнулся почти километровый столб пламени, насыщенный плавящимися радиоактивными частицами. Меня обдало упругой горячей волной уже отравленного воздуха, отчего я упал на спину. Открытый термос упал на меня, ошпарив горячим напитком…

Проснулся я внезапно.

Просто открыл глаза и увидел белый потолок нашей казармы. Я весь покрылся холодным потом, сон как рукой сняло. Некоторое время переваривал увиденное, затем отмахнулся. Если бы это произошло в первый раз, я бы вообще спать не смог бы, а так…

Интересно, к чему меня посещают эти сновидения, причем снова и снова и на одну и ту же тематику будущей катастрофы? Зачем и почему?

Осмотрелся по сторонам. Все сослуживцы в полупустом кубрике мирно спали. Бодрствовала только половина суточного наряда.

Зевнув и отмахнувшись от тяжелых мыслей, я повернулся на бок и попытался заснуть. Но буквально через минуту дневальный на тумбочке громко заорал:

— Взво-од! Подъем! — вещал сержант Горчаков. — Строимся на центральном проходе, для следования на утреннюю зарядку!

— Да твою же… — недовольно выдохнул я, с досадой ударив кулаком свою подушку. Затем отшвырнул ее, сам рывком встал и принялся натягивать на себя военную форму."

"После сытного завтрака на площадку перед казармой прибыл желтый автобус «ПАЗ». За лобовым стеклом, рядом с водителем красовалась картонка с надписью «Служебный на ЧАЭС», а одного взгляда на водителя хватило чтобы понять — тот, как и я, тоже не выспался.

Я вообще заметил за собой, что стал невольно подмечать такие малозаметные вещи, как привычки, особенности поведения. Раньше как-то не замечал, а сейчас это происходило на автомате. Медленно, но верно, обучение давало результаты.

Помимо нашей группы из семи человек, в транспорт загрузился еще и старший лейтенант Корнеев, а за ним пара гражданских преподавателей.