Но старуха стояла на месте и смотрела в мою сторону. Вернее, не смотрела, но лицо ее было обращено именно ко мне.

— Должно быть, вам интересно, с кем я приехала, мадам? — догадалась Рут. — Это мадемуазель Бриан, дочка мадам Констанции. Она только-только вернулась из пансиона. Вы знаете, что такое пансион, мадам? Там благородных девиц учат всяким премудростям. И уж можете мне поверить, что она настоящая красавица.

Она думала, что мне в экипаже было не слышно ее слов, но я могла разобрать каждое. И даже тихий ответ хозяйки.

— Яблочко от яблони недалеко падает да далеко катится.

Я вздрогнула, не понимая, что она имеет в виду. Рут тоже не поняла, а потому решила не обращать внимания на эту фразу и просто увела мадам Тафт в дом.

Чтобы размять ноги, я тоже вышла из экипажа и вошла во двор. На удивление тут всё было чистым и аккуратным. Трава скошена, хворост уложен у задней стены дома, а широкая деревянная бочка была полна воды.

— Мы с Рут приходим сюда в наш выходной день, — услышала я голос Кипа. — Сама мадам с этим не справится.

Он говорил о старухе с большим уважением, я и снова порадовалась, что у него доброе сердце. Вот только это, похоже, ценилось не всеми.

— Эй, Кип, когда свататься придешь? — раздался вдруг со стороны звонкий девичий голос. — А то я целыми днями у окошка сижу, тебя поджидая. Агата сказывала, ты обниматься крепко умеешь.

Сначала я подумала, что девушка заигрывает с ним по-доброму, и отошла за угол дома, чтобы своим присутствием не помешать их разговору.

— Только силушка у него и есть, — сказал уже другой голос, но тоже женский. — А лучше были бы ум и деньги.

И обе они громко рассмеялись. Их злой смех прервался, только когда я вернулась к экипажу. Да, они были молоды, но даже в таком возрасте должны были понимать, какую боль причиняют другому человеку их слова. А сидевший на козлах Кип не пытался им ответить, плечи его были опущены, и весь он словно сжался в комок.

Когда они увидели меня, то обе смутились и, торопливо мне поклонившись, пошли прочь. Я предпочла промолчать и сделать вид, что ничего не слышала. Любые слова ранили бы Кипа еще больше.

Но теперь мне особенно хотелось расплатиться по матушкиным долгам и заработать денег сверх того. Чтобы если вдруг сама я отправлюсь в Анси или в столицу, я могла оставить Рут и Кипу достаточно средств, которые позволят им не чувствовать себя нищими.

И когда вернулась Рут, я сказала ей, что нам нужно готовиться к ярмарке.

— Непременно, мадемуазель, — кивнула она. — Но только сначала разберемся с вашим гардеробом. Мыслимое ли дело — ходить всё время в одном платье?

Этим мы и занялись, добравшись до дома. У Констанции оказалось много нарядов.