— Почему? Эй… в чем дело?

— Потому что ты здесь из-за меня.

Мне не нравилось говорить на виду у всех, но другого варианта нет.

Андрей усмехнулся, снова жадно глотнув дым.

— Ты не виновата. Хватит себя винить… Что б я больше этого не слышал. Я тебе помог, потому что сам хотел. Сдала меня Даша, а не ты.

— Все равно…

— Я сам лоханулся. Не нужно было ей звонить. Но у меня ребенок на руках… Ранение. Он вот-вот от голода орать начнет, и что делать. Я ей позвонил. Попросил тачку пригнать. Я же ей и купил эту тачку, Дина.

Андрей улыбнулся, как раньше — немного с иронией, он смеялся над собой. Он вернулся в прошлое, забыл, что в тюрьме. У него не было выхода, он решил рискнуть. Даша приехала, выбралась из машины — стройная девочка, полюбившая не того парня. Андрей вышел к ней, сказал, что заберет машину, попросил сходить в магазин и купить необходимое. Забрал вещи и дал понять, что им не по пути. Представляю ее чувства. Андрей все-таки женщин не понимает. Она сама все рассказала ментам: про машину, дала номер телефона, но к тому моменту он трубку уже выбросил. Он ждал меня в лесу, но как только мы появились на дороге, нас засекли и сели на хвост."

"Даша поняла, что мы были вместе. Поняла, что он забыл к ней дорогу, потому что меня любит. А когда тебя бросают так, умная женщина всегда поймет — ею заткнули дыру. Заменили настоящие чувства. Она меня терпеть не могла и за любовь ко мне наказала.

Даже спрашивать не стану — почему.

Это такая мерзкая любовь. Не жертвенная, не нежная, а разрушающая и злая. Если не мой — то ничей…

Андрей пристально смотрел из-за решетки, как волк.

— Ты беременна? — вдруг спросил он, и я затаила дыхание.

Хорошо, что он первый начал. Но неужели заметно? Как понял? По бледному лицу, усталости? Или по тревоге в глазах? Он так рисковал за меня и сдался, хотя не хотел… А вдруг он догадывался, что я могу носить ребенка? В те дни я была немного не в себе… Не во всем себе отдавала отчет и не все помню… Я не могу точно сказать, всегда ли он использовал презервативы. И когда я заподозрила, что могу быть в положении, это была первая мысль: а если он знал?

— Дина, да? — Андрей глубоко затянулся и погасил сигарету, глаза немного оживились. — От кого? От него?

— Не знаю… — выдавила я. Он говорил, не стесняясь правоохранителей, а я мечтала провалиться сквозь землю. — Ты не помнишь… Мы всегда… предохранялись?

— Кажется, да.

Кажется.

— Эй, тебе не о чем переживать… — прошептал он. — Он знает?

Я не ответила, но Андрей сам догадался.

— Все будет хорошо. Это же здорово, правда? Хорошая новость, ну же, Дина, улыбнись.

Я улыбнулась сквозь страх и слезы.

— Я боюсь говорить, — призналась я.

— Он тебя не тронет, — сказал Андрей. — Ты можешь сдать тест.