Но потом все изменилось. – И вновь Софи подумала о том, скольких проблем могла бы избежать, если бы чуть раньше поняла, что у Филиппа на уме, и начала относиться к нему прохладнее. Но тогда у них с Джеком не случилось бы романа, о котором Софи совсем не сожалела. От всех этих мыслей разболелась голова. – Просто мне не хотелось терять друга – любого друга, – поэтому я и не обращала внимания на его намеки относительно того, что мы можем стать не просто друзьями.

– Прости, что спрашиваю, но неужели это было бы так ужасно?

Элиза и Джорджиана единственные на всем белом свете знали о грандиозном плане Софи, и с расстояния Филипп казался им идеальным решением: красивый, обаятельный и со связями.

– Да, более чем ужасно. Филипп слишком безрассуден. Безрассудный друг забавен, а вот безрассудный муж – это настоящая катастрофа. К тому же его поведение в последнее время оставляло желать лучшего. Ведь это он настоял на том, чтобы я с ним сыграла. С этого и начались все проблемы. Я предложила кости…

– Кости! – воскликнула Элиза. – Ты же не играешь в кости!

– Я хотела преподать ему урок. Филипп так необузданно делает ставки, что в кости мне точно проиграл бы. В этом случае он отправился бы домой и оставил меня в покое."

"– Наверное, игорные дома пробуждают в людях самые худшие качества, – заметила Элиза. – Ведь Джорджиана говорит, что он такой красивый и обаятельный…

Софи вздохнула. Элиза слишком романтична, опекаемая и защищаемая обожающим ее отцом. Но Софи видела джентльменов с иной стороны. Мужчины, с уважением относившиеся к леди Джорджиане Лукас, ничуть не смущаясь, таращились на грудь Софи, когда им представлялась возможность. Мужчины, знавшие, что Эдвард Кросс оторвет им головы, если они позволят себе хоть малейшую бестактность в отношении Элизы, без тени сомнения отпускали непристойности, сидя за одним столом с Софи.

– Да. Но он настаивал, чтобы я непременно с ним поиграла. И я сдалась.

– А как случилось, что ты стала играть с герцогом?

– Он пришел в «Вегу», чтобы заплатить долг Филиппа. Судя по всему, сумма была довольно внушительной. Ведь Филипп пообещал не посещать игорных заведений в течение месяца, но уже на следующий день нарушил данное брату слово. Герцог пришел в ярость, увидев, что Филипп собирается играть в кости, и приказал ему убираться из клуба.

Элиза ошеломленно посмотрела на подругу.

– На глазах у всех?

– Да. Не слишком благородно с его стороны. Позднее он и сам признал это. – В глазах Элизы вспыхнул интерес, и Софи, собравшись с духом, продолжила: – Но Филипп отказался. Вероятно, в попытке защитить его я разговаривала дерзко, и герцог заявил, чтобы я перестала обирать его брата и вместо этого сыграла с ним. В порыве негодования я согласилась.