Казалось, ему сложно было поверить, что он идёт на это.

– Ты беременна.

– Я справлюсь. Пожалуйста…

Мой голос стал тише. Я сжала его свитер и посмотрела ему прямо в глаза.

– Мать твою… – тяжело вздохнул он и распахнул дверь.

Я вошла первой. В нос ударил прелый запах с примесью свежей крови и мочи. Под Максом была огромная лужа. Он сидел, прикованный к стулу, и тяжело дышал. Он был без обуви. Свежий ожог покрывал его ступню. Из бедра у него торчал нож с необычным лезвием. Я подняла взгляд выше и увидела его лицо. Оно было покрыто синяками и ссадинами. Его волосы были растрёпаны. Часть из них прилипла ко лбу.

Макс смотрел на меня исподлобья. Несмотря на полученные увечья, он еще был в состоянии ухмыляться.

– Вся семейка в сборе. Как это мило.

Я сделала еще шаг ближе к нему, пытаясь рассмотреть все то, что с ним сделал мой муж.

– Аня, не подходи близко.

Дима аккуратно взял меня за локоть и потянул назад.

– Теперь ты можешь уходить.

Я замерла на месте, продолжая смотреть на будущий труп. И все это сделал мой муж. Собственными руками. Я знала, что Дима за человек, но видеть это своими собственными глазами…

– Уходи, Аня, – вновь потребовал он, пытаясь оттащить меня назад.

– Ох, нет, – раздался хриплый голос Максима. – Пусть она останется. Думаю, ей было бы интересно посмотреть на то, каким убийцей ты являешься. Пусть наблюдает, как ты лишаешь жизни ещё одного своего брата.

Я замерла на месте. Хватка на моей руке усилилась.

– Что ты только что сказал? – спросила я.

– Каково это – потерять брата? Бедный Роман… Младшенький братец. Что ты чувствовал, когда узнала о его самоубийстве?

В подвале воцарилась молчание. Все уставились на Макса.

– Видишь ли, рыбка, все мы убийцы. Кто-то в большей степени, кто-то в меньшей. Ты ведь тоже убийца. Это из-за тебя я сейчас здесь. Баракуда и его люди никогда не скрывали, кто они и на что способны. Но мой отец всегда был серым кардиналом. Он избавлялся от своих врагов тихо и незаметно. И я во многом брал с него пример. Знаешь, мне было жаль заказывать твоего брата. Но мне так хотелось тебе что-нибудь сделать. Уверен, что его самоубийство произвело на тебя большее впечатление, нежели его убийство. Бедный маленький Рома… Старший брат не защитил его. Ты до сих пор винишь себя? Что было в той записке? Дай-ка вспомнить… «Прости, что разочаровал тебя», верно?

Я хотела обернуться, чтобы взглянуть на Диму, но он резко подлетел к нему и сжал ладонью его горло. Макс тут же начал хрипеть и закатил глаза.

– Что ты сказал насчёт ещё «одного брата»?

Я схватила руку Димы, чтобы тащить назад.

– Не убивай его! Пусть скажет.

Он разжал ладонь и отступил на шаг назад. Я посмотрела в его глаза и увидела в них злость. Он тяжело дышал. Все его тело вибрировало от ярости.