Но глаза – светящиеся бирюзовые глаза без радужки и зрачков были те же самые.

– Пора возвращаться домой, – сказал он.

– Ты… – захлебываясь кровью, с гневом выдохнула я. – Это ты убил меня в моем родном мире! Здесь был мой дом! А ты лишил меня жизни и перенес в тело несчастной Фионы… У меня была идеальная жизнь, любимая работа и родители, я была красивой, уверенной в себе и успешной, а ты меня убил!

Дух присел на корточки, так, что наши лица оказались вровень.

– Я тебя спас.

– Не верю… Не верю…

– Я спас тебя от чего-то, в тысячу раз более страшного.

– Демон… Убийца… Не верю ни единому слову.

– Что ж… – Сей Дзен вытащил нож из моей груди и покрутил в руках, совсем как тогда, в озере. – Чтобы у тебя не осталось никаких сомнений, я покажу тебе твою судьбу.

То, что происходило дальше, я видела странно, точно под размытым фильтром. Точно вернулась в тело Фионы и смотрела кино на перемотке.

Я зашла в туалет и вымыла руки, а затем вернулась в косметологический кабинет, где меня уже поджидала Аська.

Она уже больше не убеждала меня поехать в бар, наоборот, сказала, что вызвала такси до моего дома и принялась напрашиваться в гости.

– Можно я посижу немного у тебя, Эл? – просила подруга. – Поболтаем, а потом поеду домой. После разговора с тобой мне станет легче, я уверена.

Мне стало ее жаль, и без особого желания, но я все-таки согласилась.

Я жила в отдельной квартире-студии, которую купила на свои деньги, без помощи родителей. Дом был сдан совсем недавно, поэтому было заселено только несколько квартир.

Расплатившись за такси, я пошла к подъезду, а Аська семенила за мной.

Странно, но фонарь почему-то не горел – кто-то выбил лампочку. Стемнело, и вокруг было не видно ни зги, а в доме светилось только два окна.

Я остановилась, ища в сумочке ключи, как вдруг…

Из темноты выступила темная мужская фигура в балаклаве и…

В руке у него была банка, из которой он щедро плеснул мне в лицо прозрачной едкой жидкостью.

Я не почувствовала боли, потому что наблюдала за происходящим как бы со стороны. Но знала, что это было очень-очень больно.

Моя кожа и волосы задымились, буквально растворяясь на воздухе.

Я упала на землю ничком – мое лицо превратилось в кровавое обожженное месиво. Я кричала, пронзительно, мучительно кричала, но в своем видении не слышала этого крика.

Самым поразительным было поведение Аськи.

Она не заорала, не принялась звонить в полицию, даже не побежала.

Наоборот, подруга подошла ко мне, скорчившейся на асфальте, и сказала:"

"– Ну что, Рафаэлка? Кто же теперь на свете всех милее? Самая красивая, самая любимая и успешная. Богатые родители, все на блюдечке с голубой каемочкой, в отличие от меня, которой всего приходилось добиваться своим горбом. Королева класса, за которой влюбленные парни бегали толпами.