– А можно я напишу ваш парадный с Данте новобрачный портрет, ну, вот в этих ваших свадебных костюмах? Прямо сегодня можно начну, а? Вы же попозируете мне, да? Попозируете?

Моя карета на рысях промчалась по улицам города и лихо зарулила на площадь перед Пресветлым Храмом.

А я вдруг подумала, что это забавно – темные венчаются в храме светлых.

– Сегодня мы вряд ли будем позировать, Деби, – я поправила персиковые локоны девочки. – Но ты напишешь наш парадный семейный портрет, я обещаю!

До чего же сестренка сейчас выглядела милой – с веночком на голове и в белом пышном платьице, которое перекликалось с моим свадебным тканью и кружевами.

Деби первой выбралась из кареты, и все тут же захлопали ей с разных сторон, очарованные этим светлым ребенком.

Она взяла из своей корзинки, которую держала в руках, пригоршню лепестков роз и бросила их в воздух.

Нежные лепестки плавно закружились над лестницей, не падая.

Теперь настал мой черед.

С трудом сдерживая дрожь волнения, я изящно выбралась из кареты, и многотысячная толпа взревела, приветствуя меня.

ГЛАВА 105

Мое свадебное платье было создано знаменитейшим дизайнером империи из сатина и кружева двух оттенков – белого и слоновой кости. Кружева плелись вручную лучшими кружевницами империи.

Каждую деталь платья аккуратно вырезали и микроскопическими стежками пришивали на тонкий тюль."

"Так же у платья были длинные кружевные рукава, воротник-стойка и узкий V-образный вырез, а юбка повторяла форму раскрывающегося бутона с атласными лепестками и четырехметровым отстегивающимся шлейфом, который Фобос очень ловко прикрепил в карете.

Взгляды всей империи были сейчас обращены ко мне.

Ладони предательски вспотели, и я изо всех сил сжала свой нежный букет из ландышей и мирта.

Так я и шла до алтаря – словно по тонкому льду, а Дебора с важным видом торжественно несла мой шлейф.

Я не смотрела по сторонам, смотрела только лишь на Данте.

И все-таки был в толпе гостей человек, взгляд которого я не могла не почувствовать на себе.

Он обжигал, точно раскаленная сталь.

Эдриан был здесь и смотрел на меня.

Но я понимала, почему Данте разрешил присутствовать ему на нашей свадьбе.

Я подумала об Эдриане мельком, и тут же о нем забыла, потому что у алтаря меня ждал Данте – такой красивый и любимый, что у меня захватило дух и сердце зашлось от той огромной всепоглощающей любви к этому мужчине, которой, кажется, и целого мира было мало.

Я до конца не верила в реальность происходящего, когда мы произносили брачные клятвы, и жрец читал венчальные молитвы светлым и темным богам.

Не верила, когда Данте надел мне на безымянный палец кольцо, а я надела на палец кольцо ему.