В голове случается взрыв с громким оглушающим звуком в обеих ушах. Вздрагиваю, но оборачиваться не спешу.

Господи, мне послышалось? Пожарский не знает, где я. Откуда он здесь?

Закрыв глаза, прислушиваюсь к уличному шуму, к падающим на землю каплям дождя.

Молюсь, чтобы голос оказался галлюцинацией. Макс — не всевидящее око. Откуда ему знать, где я нахожусь?

— У меня мало времени, Иванна! Сядь в машину! — в спину долетает жесткий приказ, и я теряю силу в ногах. Осознаю, что Макс реальный. Он здесь, в нескольких метрах от меня. Злой, как черт…

И что теперь? Как смотреть ему в глаза? О чем с ним разговаривать? О чем???

Глава 4

Ива

Моросящий дождь усиливается.

Холодные капли, проникая сквозь тонкую одежду, жалят сверхчувствительную кожу и донельзя воспаляют нервы. Ноги будто бы наливаются свинцом. Я стою на набережной, приросшая к месту, и трясусь как промокший, никому ненужный котенок. Почти не шевелюсь. Чувствую на себе его тяжелый, негодующий взгляд. В который раз убеждаюсь, что Пожарский не человек, а сущий дьявол. Настойчиво буравит мне спину, высасывая из меня жизнь.

Схватившись руками за железный поручень балюстрады, устремляю взгляд на речку. Сильнее стискиваю опору, чтобы не упасть. От этого кисти прошивает током. Но я держусь. Стараюсь сохранять равновесие, хоть меня и знатно шатает. Больше, конечно же, внутри. Там, где была у меня душа, теперь одна сплошная болючая рана.

«Только не реви, Ваня. Только не реви. Пожалуйста, не реви…» — упрашиваю себя, но слезам не прикажешь. Смешиваясь с каплями дождя, они текут ручьями по лицу.

— Ты оглохла? Сядь в машину, живо! — напряженно рычит Пожарский, теряя всякое терпение.

Волна неуправляемой паники захлестывает меня с головой. Сердце забивается под ребра и сходит с ума. Я задыхаюсь. Мой мир начинает вращаться с бешеной скоростью и рушиться.

Зря я ему позвонила.

Не хочу садиться в его тачку.

Не хочу к нему приближаться.

Знаю, что будет больно.

Очень больно.

Я же с ним заживо сгорю.

Запахом отравлюсь.

Умру.

Пусть уезжает.

Пусть катится к черту!

Ощутив позади скрытую опасность, отрываюсь от ограждения и бросаюсь бежать.

— Ива! Твою мать! — доносится в спину грубый мат. За ним следует пугающий раскат грома. Молния рассекает потемневшее небо пополам. Не успеваю опомниться, как на голову обрушивается холодный ливень с грозой и градом. Я мгновенно промокаю до нитки. Градины нещадно бьют по коже острыми иглами, но я всё равно бегу, не чувствуя под ногами земли и не различая дороги.

Слышу, как внедорожник Пожарского с оглушающим визгом шин стартует с места. Обгоняет меня, а затем резко влетает на тротуар. С жутким скрипом тормозов блокирует мне путь. Приходится врезаться в холодный металл ладонями, вскрикнуть и остолбенеть.