Это самая слабая мотивация из всех возможных.

Преподаватель кивнул:

— Молодец. Ответ очень подробный и правильный. Садись, Виктор.

Соловьёв снова оглядел аудиторию.

— Почему я всё это вам говорю? — продолжал преподаватель. — Потому что вскоре вас начнут делить на пятерки и перетасовывать между собой. Зачем? Чтобы вы смогли определиться, с какими магическими силами в составе группы вы сможете показать максимальный результат. Это очень пригодится вам в будущем. Когда пятерки сложатся, у вас будет практика по всем направлениям: Тихоокеанское кольцо, то место, где должна была быть Южная Стена, разломы севера…

Артём Муратов поднял руку.

— А наша Стена когда? — спросил он, когда преподаватель ему разрешил.

— А вам её за Коктау автоматом зачли, — улыбнулся профессор. — Могу на будущее сказать, как узнать, зачли вам практику или нет. Вот если вы вернулись с неё, и никто при этом не умер, все целые и здоровые — значит, зачёт получили, — проговорил он.

Курсанты несмело улыбнулись, подумав, что это была шутка, но серьёзное выражение лица историка намекало, что это была суровая правда нашей жизни.

* * *После занятий я позвал не только своих друзей, но и Радмилу Зорич, а также Артёма Муратова — они уже входили в нашу пятерку во время событий в Коктау.

И ещё Миру.

У меня были мысли насчёт того, чтобы сделать из пятерки шестёрку, но это не понадобилось.

— Друзья, я собрал всех для одной цели, — сказал я, глядя на собравшихся ребят, — чтобы понять и обсудить, кто чем может усилить нашу группу.

— Ребят, — слово взяла Радмила. — Я, конечно, всё понимаю. Мы вместе отбивались от демонов, и довольно эффективно. Но от того, чтобы войти в новый состав твоей группы, Вить, я всё-таки откажусь.

Дело в том, что сейчас я формирую свою боевую группу из девушек. Так сказать, женский отряд.

— Я понял, — ответил я, отдав воинское приветствие. — Но знай, что мы всегда будем рады видеть тебя в нашем кругу.

— Конечно, — кивнула она, но тут же сказала: — И ещё, Вить, можно тебя на пару слов?

Мы с ней отошли, но буквально шагов на пять. Где она мне шёпотом сообщила:

— Послушай, я, конечно, понимаю, родственные связи и всё такое, но Мирослава ни разу не боевой маг. Она и маг достаточно слабый. Усилить тебя она никак не сможет.

Вот честно, как бы я не относилась к Морозовой, но она, как боевой маг значительно сильнее. Уж лучше рассмотри её кандидатуру.

Я подумал, что Мира наверняка услышала эти слова, несмотря на то что Радмила старалась говорить тихо. Губы девушки сжались в линию, и я понял, что Мирослава всё же расслышала критику в свой адрес.

Естественно, ей было неприятно. Но ничего страшного в этом лично я не видел. Я четко помнил наставления деда, тот просто так не стал бы советовать подтянуть Миру к себе.

— Хорошо, — кивнул я Зорич.