— Твоя позиция мне близка и понятна. Но и Дамианиса тоже. Вы не придете к консенсусу, пока не родится этот ребенок. Ну и по хорошему бы полностью обследоваться, обоим. Точнее уже троим. Вдруг все в порядке и мы сейчас переживаем о пустом? Кстати, твоя реакция как раз об этом говорит, что все с малышом хорошо. Я паниковала, мне было страшно, но в глубине души я сохраняла спокойствие и была уверена, что мальчики будут здоровы. Так оно и оказалось.

— Фух, ты на моей стороне, — бормочу себе под нос. — Я уже думала, выставлять тебя из своего номера.

Ника смеётся.

— Не нужно меня никуда выставлять. А вот с Дамианисом придется поговорить. Вернётся эта наглая греческая рожа из командировки и огорошишь своей беременностью. Посмотрим, как тогда запоет. Все они сначала якобы против и куча сомнений, а потом из рук детей не выпускают и паникуют больше, чем матери. Фиг с его бывшей женой, мы же не знаем, какие были у нее тараканы в голове. Дочка к тому же выздоровела и выросла. При желании могли бы наладить контакт. Видимо, так хотелось.

Да, Ника права. Скрываться — не вариант, убегать и рожать тайком — тоже. Пока Зен будет рвать и метать, смиряться с мыслью, что станет отцом, я могу слетать в Россию и пройти обследование. Но как представлю наш разговор, вся в комок сжимаюсь и дышать не могу. И чем дальше тяну, тем сложнее признаться.

— Ну и судя по тому, как этот похотливый самец до тебя домогается, с его сердцем все сейчас хорошо. Значит нет никаких оснований лишать жизни своего ребенка. Деньги, связи ресурсы имеются. Поднимите ляльку.

Ника берет меня за руку и слегка сжимает ее в знак поддержки.

— Так что при любом раскладе в беде с малышом не останетесь.

Все это конечно так, но второй раз свое сердечко я уже не склею. После Егора и так фрагментов не хватает. Где гарантии, что Дамианис его окончательно не растопчет своим заносчивым характером?

— Есть нюанс… — решаю рассказать Нике о еще одном своем страхе, который появился совсем недавно.

— Какой? — вопросительно вздергивает брови.

— Я проснулась в кровати Егора. Во сколько я ушла от Дамианиса и в каком была на тот момент состоянии — ничегошеньки не помню. Что если Зен не единственный мой мужчина в ту ночь? И без того непростая ситуация, так ещё и это…

Ника закусывает губу и долго смотрит на меня.

— Ну какая же сучка эта Кира! Сочувствую отчасти Егору. Хотя нет. Все по заслугам. Не хватало ему огонька в отношениях? Пусть получает.

— И ещё я без конца думаю о той истории, которую ты мне рассказала…

— Про Филимонову и ее мужа, который не разрешает вывозить детей за границу?

— Да.

— Ой, там полная шляпа. Она так и мыкается по судам. Ее муж ни в какую не идёт на уступки.