Я не хотела никаких кусков! Ни своих, ни чужих! Я даже готова не есть мясо, только бы добраться в целости домой и спрятаться за прочтением романа! Джон как раз поцеловал Кэтлин в завершении главы, и я пока не прочла, что дальше? Блин!

Во что сестра пихнула меня? Теперь ей точно не избежать придуманных в прошлый раз пыток!

— В клинику? — сглотнув, уточнила я на всякий случай полушепотом.

Глаза Барышева сверкнули синим огнем в навесном зеркале заднего вида.

— Ты за кого меня принимаешь?!

«За бандита, — подумала я, но решила промолчать. — Или за какого-нибудь мафиози. Того, кто без тени сомнения готов свернуть шею неугодному».

От этой мысли по спине поползли неприятные мурашки, и я уткнулась взглядом в окно, изучая местность. Вдруг он нагло лжет и решил отвезти меня за город?.."

"Я пристегнулась дрожащими руками и ощутила себя птицей, загнанной в клетку. Сестра не могла так поступить со мной! Мы ведь родные друг другу люди! И я не могла оказаться беременной. Должно быть, всё это бред! Какая-то ошибка! Мне хотелось поскорее поговорить с Ликой и узнать: с какой целью она попросила меня сходить на тот осмотр и правду ли говорил этот мужчина. Голову распирало от различных мыслей, отчего ноющая боль охватила виски.

Бросив короткий взгляд на бежевые шорты, достигающие в длину середину бедра, я вспомнила о телефоне в боковом кармане. Стоило написать сестре о происходящем, хотя бы кратко. Маму же беспокоить не хотелось. Зная ее, она бы уже разразилась слезами и обзванивала все больницы, морги и родственников в городе…



А вот Лика… Она могла бы помочь. Как-никак, вероятно, он и был ее папиком, оплатившим лечение мамы и купившим сестре путевку в Италию… Я даже его имени не знала — лишь фамилию. А как называла его Анжела? Кажется, только папиком…

«SOS. Я со злющим Барышевым в его машине…», — представила я текст сообщения.

Посмотрев в зеркало, я осознала, что у меня нет шансов достать телефон и напечатать текст незаметно, потому что Демон следил за мной, как за добычей на охоте. Страх разозлить его недвусмысленно намекал, что лучше не делать резких движений. И нерезких тоже…

В скором времени со свистом притормозив около медицинского центра и припарковав машину прямо у входа, мужчина вновь сверкнул на меня гневным взглядом. Я вздрогнула — к такому обращению не привыкнешь, — но вместе с тем почувствовала облегчение, потому что Барышев не солгал. Хотя бы слово сдержал — уже что-то положительное в нем есть.

— Пошли! — бросил он так, словно я была какой-то вещью.

Вздохнув, я выбралась из машины и медленно побрела за ним. Телефон в кармане завибрировал, отчего пришлось осторожно достать его и посмотреть на экран. Звонила мама.