— Я уж думал, и не свидимся.

— Отчего ты так думал-то? — с подозрением покосился я на него.

— Да болтали всякое, — заюлил он, и я начал давить его взглядом.

— Ну, мало ли, — пожал он плечами, — Ведь что угодно могло произойти в другом городе, у тебя ж такие деньжищи. Да и на владимирской дороге нынче убитых нашли, тати, поди, озоруют, вот я и беспокоился, — и он даже приобнял меня. Да и думал, ты позже объявишься.

Смерив его взглядом, я сказал быстрей, чем успел сообразить и прикусить язык:

— Долги трясут. Заели, поди?

— Заели, — сник лицом Савка.

— Решим твое дело, — хмыкнул я.

Савка вновь расцвел и тут же забарабанил в калитку, которую почти сразу открыли, видать, его супруга находилась рядом.

Мы сразу прошли в беседку.

— Прокоп, сумки, — скомандовал я, и он тут же поставил поклажу на стол.

— Тебе удалось? — с предвкушением начал рассматривать сумки Савка. Я, не говоря ни слова, открыл одну из них и извлек комплекты бус.

— Ох, — вырвался из Савки вздох восхищения, и он тут же аккуратно взял у меня из рук красные бусы и начал их рассматривать."

"Минуты три он ими любовался.

— Красивые, дорого, поди, за такое-то? — отмер он.

— Не дороже денег, — хмыкнул я. — Вот только, думаю, почем продавать стоит, я вот, думаю, рубля два или три.

— Окстись, — тут же прошипел Савка. — Не меньше пяти, а то и семь.

— Пусть будет пять, — кивнул я.

— А много ли у тебя таких? — показал Савка на сумки.

— Бус тридцать, пятнадцать красных и зеленых. Еще есть отдельно бусины, двести пять, их отдельно можно продавать по копеек двадцать-тридцать.

— Покажи? — дрогнувшим голосом произнес Савка.

Прокоп хмыкнул, открыл вторую суму, достал оттуда две бусины и предал Савке.

Пару минут он позаглядывал, а после пересчитал бусины в нитке бус.

— Да, можно и по тридцать, — кивнул он.

— Только это не все, — усмехнулся я и, поднявшись с лавки, из третьей сумки извлек несколько зеркал. Каждое из которых было замотано в отдельное тряпицу, и выложил перед Савкой.

Он сразу же раскрыл тряпицы и замер, вглядываясь в зеркало, оно получилось не идеальным и искажало отражение, но все же это было намного лучше, чем смотреться в лужу или бочку.

— Зеркало, — только протянул Савка и медленно, не спеша к нему прикоснулся, словно боясь, а после, выдохнув, аккуратно подхватил его и начал рассматривать себя.

— Да в бочке я по-другому смотрелся, — хмыкнул он. — И почем они?

— Вот тут уж я и не знаю, — пожал я плечами. — Да и размером они разные. Надеялся, что ты подскажешь.

— Покажи все, — произнес Савка дрогнувшим голосом, и пришлось все зеркала разглядывать на столе.

По каждому мы определяли свою цену ведь они отличались размерами, и вышло весьма прилично.

— Продавать их придется аккуратно и небыстро, да и парочку подарить надо будет.