— Вот тебе и пустой город, — огрызнулся второй, напряженно всматриваясь в развалины.

Профессор оглянулся на Ермакова и указал рукой на плиту:

— Это здесь. Прямо под плитой.

Капитан кивнул и отдал приказ. Бойцы, принесшие с собой кирки и лопаты, принялись долбить промерзший грунт вокруг плиты. Кто-то с размаху ударил киркой по плите.

— Пожалуйста, будьте осторожны! — попросил профессор. — Это место является для лигов святыней! Нет нужды разрушать саму плиту!

— Может, прикажете еще расцеловать этих тварей? — огрызнулся боец. — У этого отродья нет ничего святого, кроме наркоты.

— Разговорчики! — подал голос Ермаков, и боец умолк.

Через десять минут стало ясно, что смерзшийся в многометровую толщу грунт можно долбить до утра с тем же успехом. К плите, петляя между развалинами, подошла БМП полковника. Потапов вылез из командирского люка и, бросив короткий взгляд на редкие комья смерзшейся земли, вылетающие из-под кирок, приказал Ермакову:

— Взрывай!

— Но позвольте, господин полковник! — У Синицына расширились глаза. — Ведь это святыня! И не только для лигов! Вы не можете так поступить, это же ужасно!

— Ужасно будет заночевать возле этой вашей святыни! — зло отрезал Потапов.

 — Вы что, не видите? Город далеко не пуст! Через час вокруг будет тьма кромешная! И так бы успеть уйти. Капитан! — он сверкнул глазами на Ермакова. — Ты еще здесь?!

Через пять минут вокруг плиты заложили заряды, и люди поспешили отойти на безопасное расстояние.

— Давай! — скомандовал Ермаков.

Боец прокрутил рукоять подрывной машинки и вдавил кнопку. Через гермошлем противогаза грохот от взрыва прозвучал глухо и неубедительно.

Куски расколовшейся надвое мемориальной плиты вперемешку с обледенелой землей взлетели в воздух. Синицын бросился было собирать обломки, но Ермаков поймал его за локоть и настойчиво потащил за собой к неглубокой воронке.

— Перестаньте, профессор, сейчас не время для бессмысленных церемоний!

— Господин полковник, тут что-то есть! — Один из бойцов разгреб вывороченную землю. — Похоже, контейнер.

Он неуверенно ухватился за угол меленького серого цилиндра, на треть торчащего со дна воронки.

— Он каменный вроде, — удивился боец.

— Извлечь! — рявкнул Потапов. — Быстро! И уходим! — Он побежал к БМП, на ходу бросив Ермакову:Даю на все про все пять минут!"

"Боец взял кирку и в несколько ударов отколол кусок ледяной почвы с вмерзшим в него цилиндром от дна воронки. Он бросил инструмент и с видимым усилием поднял контейнер.

— Тяжелый, зараза! Куда его, господин капи…

Неожиданно боец дернулся, и его слова перешли в хрип. Он выронил цилиндр и, судорожно хватая ртом воздух, пытался дотянуться руками куда-то себе за спину.