– Как думаешь, если бы мне было все равно на тебя и на них, я бы был вчера на операции? Я был бы сейчас тут? Или просто написал сообщение, что поздравляю.

– Я думаю, что ты сам себя обманываешь.

Гладит большим пальцем мою ладошку.

– Я так соскучился по тебе. По тому, что можно просто прийти к тебе и ничего не боятся…

– Прекрати, – снова пытаюсь забрать руку. – Это все так лживо. Соскучился он…

– Почему? – кивает, улыбаясь.

– Почему? Ладно. Ты приходишь ко мне, пользуешься тем, что я одна, целуешь, а потом выясняется, что ты живешь с ней. Еще и кота моего забрал.

– По первому пункту, я бы еще раз воспользовался.

– Усмехается, а я смотрю на него так, что сейчас он даже не пытается это сделать. – По второму, – Вика приехала на практику, у нее не было денег снимать жилье в столице. Я сдал ей комнату.

– Как же она интересно рассчитывается с тобой, если у нее нет денег на съем? Ты меня прятал ото всех, а с ней вернулся, сразу к Егору поехал. Я беременная, но не дура, Домбровский.

– Ты моя ревнивая львица.

Вот еще. Я закатываю глаза и отворачиваюсь.

– Собственно, я и согласился ее взять, потому что одна голова хорошо, а две лучше.

Она учится на следователя, помогает мне разобраться в деле твоего отца.

– Что, грехи спать не дают?

– Саш, я знаю, что он не виноват.

– Да что ты! Не прошло и полгода! Только папа уже в тюрьме. И я тебе этого никогда не прощу. И скрывать от дочек, почему их дед не с ними, тоже не буду.

– Надеюсь, к тому моменту, как они будут тебя понимать, мы уже помиримся.

Я прикрываю глаза и выдыхаю. Мне надо успокоиться. У меня дети маленькие. Я не должна думать об их отце-изменнике. И я ни за что не поверю, что между ними ничего не было.

– По поводу третьей претензии.

Представляешь, – не смотрю на него, но чувствую, как улыбается. – Вчера я сказал Ахиллесу, что ты родила. Так он сегодня меня разбудил рано, сидел под дверью чего-то ждал. А когда я сказал ему, что не возьму к тебе, он запрыгнул на комод, а потом мне на плечо. - Представляю все. Я не хочу показывать Домбровскому никаких эмоций. Но, когда слушаю про Ахилла, улыбаюсь. – Твой конь этот древнегреческий чуть мне спину не переломал, только чтобы я взял его с собой.

– Ему тошно на тебя смотреть.

– Саш, правда, ничего нет с ней. Даже в мыслях. У кота можешь у своего спросить.

Я бы какой-то частью своей души, может, и хотела бы верить, но не могу. Не тот он человек, что просто так будет приглашать к себе жить незнакомых людей. Тем более женщин.

– У нас с тобой чего только не было, но я у тебя всего пару раз была, а она спокойно живет, – не могу не упрекнуть.

– Ты же знаешь, что с тобой нам приходилось скрываться.

У Юры вибрирует телефон, он при мне переписывается с кем-то и бросает на меня взгляд.

И так понятно, что с ней. Но ведь демонстрировать мне это не будет..