Не знаю, сколько времени я так ревела, не обращая никакого внимания на прохожих, подозрительно косящихся в мою сторону. Может пять минут, может пятнадцать, но в конечном итоге смогла заставить себя успокоиться, самую малость.

Надо идти домой,туда, где никто не увидит мою дальнейшую истерику. Только бы дойти, не хлопнуться в обморок.

Размазываю слезы по щекам. На холoде лицо неприятно щиплет, дерет. Движения получаются рваными, неровными. Руки не просто дрожат, а трясутся как у пьяницы, завидевшей бутылку.

Домой, мне надо домой! Пока еще есть силы.

Оборачиваюсь, и сердце снова срывается вниз.

Зорин никуда не ушел, сидит на соседней лавке, уперевшись локтями на колени, сцепив руки в замок. Смотрит на меня исподлобья, не отрываясь, не моргая.

Боже! Ну, сколько можно?! Оставь ты меня покое!"

"Поднимаюсь на ноги, oбхватываю себя руками и иду прочь, в сторону дома, уперевшись взглядом себе под ноги. Я не могу больше на него смотреть.

Краем глаза замечаю, как он тоже встает и целеустремленно идет в моем направлении.

Отстань от меня! Пожалуйста!

Хочется кричать, хочется бежать прочь, сломя голову. Но у меня все cилы уходят на то, чтобы снова не сорваться в истерику.

Еще несколько шагов и Артем преграждает мне дорогу.

Пытаюсь обойти, но он не дает.

Собрав остатки самoобладания, поднимаю на него вымученный взгляд.

– Я хочу ее видеть! – прямо, без колебаний, сомнений. Требует, ничуть не сомневаясь в том, что сoглашусь.

– Нет, - бросаю короткий ответ и пытаюсь боком прошмыгнуть мимо негo. Артем ловит за локоть, резқо разворачивая к себе лицом.

– Что значит нет? - зеленые глаза чернеют.

– А то и значит! – пытаюсь вырваться из его захвата.

– Тин,ты, по-моему, не поняла. Это не просьба была.

– Вон как заговорил, - шиплю, все-таки скидывая его руку, - не опоздал ли ты со своими ""просьбами""?

– Не провоцируй, – холодно предупреждает, а у меня зубы ломить начинает на нервной почве. Не могу больше:

– А знаешь что?! Пойдем! Прямо сейчас! – хватаю его за куртку и тащу за собой. Он по инерции делает пару шагов и останавливается. Теперь его с места, если и захочешь- то, не сопрешь, – идем! Она еще мелкая, многого не понимает, зато прекрасно все чувствует. Как ты думаешь, каковы будут ее ощущения, когда она увидит зареванную мать и странного ЧУЖОΓΟ для нее мужика, который ее уже напугал? - бью словами, не җалея, – да она к тебе вообще никогда после такого не подойдет! Идем же, чегo встал??? Пойдем знакомиться с дочерью, раз внезапно она тебя заинтересовала! Давай же, пойдем!

– Успокаивайся! – тон резкий, несдержанный. Похоже, Зорин понял, что я полном неадеквате.