Официально объявить о союзе все-таки не решились, как догадываюсь, до тех пор, пока Мацудайра Мотоясу не докажет на деле, что умеет воевать, но Ода Нобунага пообещал другу детства посильную помощь. Южному соседу нужны были асигару-тэппо, о которых был наслышан, но пока не имел средств завести собственных. Так понимаю, ему хотелось посмотреть аркебузиров в деле и принять решение, имеет ли смысл сделать ставку на них или по старинке положиться на самураев? Дополнительным подарком было мое командование арендованным отрядом в шестьсот стволов. Последнему очень обрадовалась моя жена Ханако.

Она помнила Мацудайру Мотоясу ребенком, хотя была всего на четыре года старше. Как ни странно, даймё тоже не забыл бедную дальнюю родственницу, когда-то вытиравшую ему сопли.

Замок Окадзаки был меньше Киёси, но такого же типа, с трехъярусной тэнсю в виде пагоды на каменной основе. Моей семье отвели покои на втором этаже, где жили приближенные, большую часть которых моя жена знала. Остальные были пришлые, родственники Имагавы Сэны, жены даймё. Ханако быстро наладила с ней отношения. Видимо, жизнь со мной научила ее умению слушать и не слышать, что является залогом крепкой семьи, и терпению к чужим недостаткам, что помогает заводить друзей.

Впрочем, имелся еще один важный сближающий фактор — обе были беременны.

Наверное, поэтому Мацудайре Мотоясу не сиделось в замке. Он решил воспользоваться тем, что у рода Имагава все еще шли разборки, кто должен быть даймё. Официально числился Имагава Удзидзанэ, двадцатитрехлетний старший сын и наследник, который, как и его коллега из Мино, оказался поэтом. Его бы давно прихлопнули по-тихому или не очень, но не позволяла старая гвардия, набранная погибшим отцом из дзисамураев, получивших за верную службу земли, конфискованные у богатых родов, не захотевших или не успевших вовремя прогнуться.

Новая элита понимала, что при другом даймё вернутся туда, откуда с таким трудом выкарабкались.

— Я хочу отвоевать земли, ранее принадлежавшие нам и подло отобранные людьми Имагавы Ёсимото. Это, в том числе, и деревня Тоёкава, ранее принадлежавшая Номи Тадаоки, отцу твоей жены. Если завоюем, получишь ее назад, — пообещал мне Мацудайра Мотоясу.

Я отнесся к его словам спокойно. Ода Нобунага обещал мне намного больше. Наверное, потому, что намного богаче.

Армия даймё Микавы состояли из неполной сотни самураев и неполных четырех сотен асигару-яри и асигару-сясю. Все остальные подданные не считали себя таковыми и на призывы сеньора не откликались. Впрочем, и воевать нам предстояло не с все еще грозным родом Имагава, а с несколькими обнаглевшими самураями, которые воспользовались слабостью рода Мацудайра.