Я привел подчиненных к холму там, где на склоне стояли асигару-яри противника, прикрывавшие левый фланг. Они приготовились отражать конную атаку. Асигару-тэппо на дороге четко перестроились позади наших пикинеров в шесть сплошных линий, после чего пошли к холму медленно, с трудом переставляя ноги, грузнувшие в грязи. Метров за сорок до первой вражеской шеренги остановились по моему приказу. Пикинеры опустили одно колено в грязь и выставили свое оружие навстречу врагу."

"Первые залпы были жидковаты. Многие аркебузы не выстрелили, потому что затравка отсырела.

Это компенсировала меткость. Вражеские копейщики стояли на склоне, выше моих стрелков. Сколько бы раз я ни повторял, что целиться надо в колени, подсознательно аркебузир целиться выше, в низ живота, предполагая, что пуля попадет в грудь или голову. В итоге она улетала выше — и попадала в воина, стоявшего во второй или даже третьей шеренге. Там и так не самые отважные занимают места, а тут еще им досталось больше, чем передним. Со второго залпа дела пошли лучше. Бабахнули почти все аркебузы, выбросив такое густое черное облако, что нижние вражеские шеренги стали не видны. Впрочем, хватило, чтобы увидеть, что уцелевшие из стоявших ниже, бросив оружие и соскальзывая на размокшей земле, улепетывают вверх по склону и дальше по вершине холма, огибая по дуге самураев, которые держали оборону вокруг темно-зеленого шатра Имагавы Ёсимото.

Мы медленно, стараясь не сломать строй, что получалось плохо, поднялись вслед за ними, и выстроились на краю вершины слева от шатра. Если бы самураи во время нашего маневра бросились в атаку, то наверняка скинули бы нас и, как предполагаю, решили сражение в свою пользу или хотя бы сильно уменьшили свои потери.

К счастью, у них не было опыта сражений с аркебузирами, поэтому остались на месте, готовые умереть в рукопашной.

Первая линия отстрелялась дружно и не очень метко. Большая часть пуль угодила в шатер, из-за чего он обвис с нашей стороны, напоминая большой полуспущенный шар.

— Целиться в колени! — проорал я.

Младшие командиры продублировали мой приказ и, начиная со второго залпа, меткость немного подросла.

Самураи продержались до восьмого залпа. К тому времени в строю оставалось не более трети из них, остальные погибли или сдрыстнули раньше. Может быть, не все струсили, просто им стало очень обидно, когда тебя убивают безнаказанно. Наши пикинеры, покрытые пороховой гарью так, что были похожи на трубочистов после напряженного трудового дня, по моему приказу подошли к шатру, возле которого грудами лежали мертвые и тяжело раненые враги. Здесь я разделил своих подчиненных на две части.