- Я… я… ай!

Ветров сжал до боли моё плечо, наклоняясь ещё ближе. Он него пахло ненавистью и древесно-пряным парфюмом. Похоже, этот запах теперь будет преследовать меня в кошмарах.

- Сегодня ты вытащила счастливый билет, но не забывай, где Старский, и где ты. Он кумир миллионов, а про тебя забудут, едва найдётся новый повод для сплетен.

- Я и не хотела, чтобы про меня помнили, ясно? Я не знала, что эта дура снимает!

- За идиота меня держишь? Хотела попасть в телек – поздравляю! Мечта сбылась! На хрена сейчас-то бегать? По-твоему, у меня других дел нет, только тебя ловить по подворотням?

- Я не хочу туда возвращаться, - пробормотала тихо, опустив глаза и ковыряя ногти. – И никогда не хотела. Я только хотела быть стажёром у Струковой, и всё.

- Враньё. – Сказал Ветров, сверля меня злым взглядом. – Нечего на меня глазами хлопать. Думаешь, самая умная, везде пролезешь без мыла? Только имей в виду - я таких, как ты, вижу насквозь, и глаз с тебя не спущу, так что в следующий раз хорошо подумай перед очередной тупой выходкой. А теперь пошла!"

"Мужчина развернулся и поволок меня за собой, не выпуская плеча. Он напугал меня, я растерялась, неожиданно осознав, как выглядит со стороны вся эта ситуация, как некрасиво в ней выгляжу я сама, и пойди, докажи теперь, что я всё это не специально, ну не хотела я на этот проект, не хо-те-ла! Бесполезно, никто не поверит, все видят во мне теперь расчётливую гадину. Шла за ним в своих мыслях и очнулась только возле подъезда:

- Постой! – Взялась двумя руками за голову. – Что я папе с мамой скажу? Они меня не отпустят.

- Плевать. – Равнодушно бросил Ветров, открывая пассажирскую дверь и подталкивая меня. – Значит, ничего не говори, садись в машину.

- Нет! Ладно, ладно, я что-нибудь придумаю!

- У тебя десять минут, после этого я поднимусь.

- Не надо… подниматься. Я сама. Спущусь.

- Время пошло.

Ветров демонстративно постучал пальцем по наручным часам. Я протянула руку за скейтбордом, который всё ещё был зажат у него под мышкой, но мужчина обошёл тачку, бросил в свой багажник мой скейт и захлопнул его:

- Получишь, когда съёмки закончатся.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я смутно помнила, как влетела вверх по лестнице и обняла мамочку. Папа уже спал, ему завтра к половине шестого на проходную на завод, где он работает охранником вот уже тридцать лет. А у мамочки завтра смена в детском саду не утром, а после обеда, вот она и не ложилась, ждала меня, беспокоилась, звонила.

Я знала, что родители никогда бы не отпустили меня туда, куда я вынуждена сейчас пойти. Не то воспитание.