Разумеется, санитар никак не мог взять в толк, о чем это он, и решил, что Натаниель бредит.

— Рядом с тобой в ангаре было несколько мешков цемента, — сказал этот молодой человек. — Они разорвались, когда бросили гранату, так что поднялась жуткая пыль, об этом мне рассказали работники аэродрома. Все было в серо-белой пыли. Но там лежал только ты, носом вниз, раны на спине и боку сильно кровоточили. Если бы там был хоть кто-то еще, то, по меньшей мере, остались бы следы крови или же просто следы — ведь она могла убежать. Но там ничего не было.

Натаниелю казалось, что голос доносится откуда-то издалека. Последней его мыслью было, что ни один человек не может исчезнуть совсем. А между ним и Эллен всегда была телепатическая связь…

Из последних сил он сосредоточился, чтобы вступить с ней в контакт. Но было, наверное, слишком поздно, мысли его разбегались. И он не успел получить ответа, даже в подсознании. Эллен пропала бесследно.

Маленький Габриэл очнулся в белой комнате.

Пахло больницей. Тело болело почти невыносимо. На левой руке была повязка, но без гипса. «Хорошо, что рука не правая, — подумал он, словно в тумане. — Тогда бы я не смог вести дневник».

Потом он почувствовал ужасную боль, которая как будто только и выжидала, чтобы накинуться на него. Как же болит голова! Затылок просто раскалывается. Он застонал. «Мама, — подумал он. — Я хочу к маме!» Но даже если бы мама сейчас подула на больное место, это бы не помогло. Невероятно больно!

— Привет! — произнес чей-то голос.

Над ним склонился приветливо улыбающийся врач:

— Ну, вот ты, наконец, и очнулся.

— Да, — попытался сказать Габриэл, но голоса не было.

— Тебя, наверное, ангелы хранили, мой мальчик!

В ответ Габриэл издал какие-то булькающие звуки.

— Что ты сказал? — весело переспросил доктор. — Черные ангелы? Таких не бывает. А если б даже и были, то вряд ли бы стали помогать мальчикам, которые падают с обрыва.

«Что ты об этом знаешь», — подумал Габриэл. Он слишком устал, чтобы произнести это вслух. Он закрыл глаза.

Позже — сколько времени прошло, он не знал, — он снова очнулся. Рядом с ним, на соседней кровати, кто-то стонал. Габриэл взглянул на нее. Сначала ему было трудно что-то разглядеть. На минуту ему показалось, что вид загораживают две высокие черные фигуры, но потом он опят смог видеть нормально. И первой его реакцией была радость.

— Дядя… То есть, Натаниель! Неужели это ты?

Внезапно он испугался. Натаниель выглядел ужасно плохо. И каким же печальным он казался! Что он делает здесь, в больнице, почему лежит в кровати?

— Натаниель? Ты меня слышишь?

Похоже, в комнате кроме них никого больше не было. Его дядя задвигал губами, он казался каким-то одурманенным.

— Эллен, — прошептал он. — Они забрали Эллен.