Так вот у меня накопилось много диких дел, поэтому замок придется временно покинуть! Надеюсь, дикий и необузданный супруг будет спать минимум до вечера.

- Вы куда?! – встревоженно спросила Иветта. И тут же коварно улыбнулась. – Или вы обратно к хозяину?

Нет, конечно, можно было пожелать хозяину доброе утро. Но мы это делать не будем. Мы ссым.

- Я в город. По делам, - отмахнулась я, беря списочек, что нужно забрать и сделать.

- А я думала, как вы с хозяином помиритесь, так больше убегать не будете, - обиделась Иветта, доставая мой единственный плащ. Она красноречиво вздохнула, но на меня это не подействовало.

Я собралась быстро. Взяв остатки денег, и завернув парочку теплых булочек, которыми меня осчастливили на завтрак, я вышла из замка.

Погода была расчудесная! В воздухе пахло весной, а небо казалось высоким и прозрачным. Резво сбежав вниз, я вошла в открытые городские врата.

- Маска! – направилась я к портнихе. Стоило колокольчику прозвенеть, как портниха оторвала голову от шитья. Сейчас она шила какое-то платье, похожее на бархатную штору.

- О, все готово! – встрепенулась она, полезая куда-то под столик.

– Ваши маски!

На столике лежали три карнавальные маски. Эдакие гламурные намордники. Одна была с перьями в обе стороны и стразами, вторая была бархатной и обшита загадочным и таинственным кружевом. Третья маска была золотой с розами в районе ушей.

- Это что? – спросила я, глядя на то, в чем мнепредстоит принимать пациентов.

- Маски! Все в лучшем виде! – удивилась портниха.

Я сгребла маски и направилась в сторону кузнеца. Красавец -кузнец был явно знаком со всем женским населением. Но однозначно не помнил, с кем спал, а с кем только собирался.

Поэтому он смотрел на меня сначала с подозрением. Уж больно озадаченный был у меня вид. Грозящий, так сказать, неприятностями.

- А! – обрадовался он, доставая инструменты. На лице его было видно: «Так бы и сказала, что за заказом!». Инструменты напоминали экспонаты из пыточной. Вид у них был очень противозачаточный. Глядя на них, хотелось взять обет безбрачия и нести его сквозь все жизненные соблазны в сторону целомудренной старости."

"- Я просила поизящней, - заметила я, сама пугаясь того, чем предстоит работать. – Я все-таки женский доктор! Девушки любят покрасивей!

Хотелось поругаться, как следует, но нельзя ругаться с главным поставщиком клиенток!

- Я завитушки сделал! – обиделся красавец – кузнец, показывая несколько завитков, издали напоминающих кладбищенскую оградку.

Вздохнув, я взяла инструменты и направилась дальше. Я зашла поругаться по поводу оборотного зелья, на что мне ответили с удивлением, что такого быть не может! На что я возразила, что может!

- Так это вы купались! – возмутился алхимик, показывая затертую табличку с правилами.