– Да, я была исполнена пессимизма.

Тут, конечно, пришлось обсудить неприятное. Зато в этот раз я могла сказать правду. Объяснить, что с проклятием всё сложнее, чем казалось. Что я влипла ого-го как.

Девчонки расстроились, но стали уверять, что всё будет в порядке, что парни с проклятийного разберутся. На этой грустной ноте я и откланялась. Ушла в комнату, дабы в самом деле засесть за домашнее задание, ну и на ответы теста посмотреть.

Правда, думалось мне теперь не столько об учёбе, сколько о постороннем. Я вспоминала все немногочисленные истории о любви драконов и людей. Подобные романы случались настолько редко, что можно сказать, вообще не случались. И тут я со своей симпатией к Джуру.

Ох, а ведь он мне действительно нравится! И белоснежные волосы, и улыбка, и пронзительно-зелёные глаза.

Стоило вспомнить истинный облик дракона, как меня унесло в какую-то другую реальность. И кружило так до самой ночи. В итоге в тетради вместо домашки остались чистые листы.

Лишь перед сном мне удалось собрать волю в кулак и уделить время ответам теста. Уснула я с надеждой, что хоть что-то в голове отложилось. Ну а проснулась…

Да-да, я проснулась оттого, что над самым ухом щёлкнул силовой импульс. Защита артефакта оказалась не настолько долгой, как рассчитывал дракон.

Глава 6

Из общаги я не вышла – вылетела! Срочно в столовую. И пусть Джур будет уже там! Мне хотелось как можно скорее оказаться под защитой его ауры, и под ноги я не смотрела. В результате оступилась и полетела в буквальном смысле – птицей с крыльца!

И приземлиться мне где-нибудь в лазарете с переломом, но…

– Поймал! – прозвучало над ухом.

Я сначала не поняла. Даже не сообразила, что стою, уткнувшись носом в чью-то мощную, благоухающую парфюмом грудь. А потом огляделась, и сердце ухнуло в пятки. Спасителем оказался лже-Форс, и это было хорошо. Вот только обнимал он не очень-то целомудренно, а вокруг высился лес из дружков настоящего Аритаса.

– Доброе утро, красавица, – сказал дракон, скрытый под личиной. – Куда так спешишь?

– Мм-м… – ответила я.

Джур кивнул с видом человека, которому всё – вот вообще всё! – ясно. При этом отпускать меня не собирались: первая же попытка отстраниться привела к тому, что дракон подхватил меня на руки и понёс.

Сначала я онемела и возмутилась, а потом вспомнились силовые импульсы, которые донимали всё утро, и я прижалась теснее. Приличия? А плевать! Лучше быть неприличной, чем умереть от разрыва сердца, вызванного фобией.

Дракон нёс меня легко, с какой-то затаённой гордостью. Но на подходе к главному корпусу я поняла, что разрыв сердца – это цветочки. Умереть от потери крови, вызванной выдиранием всех без исключения волос, гораздо страшней.