— Вера? — переспросил растерянно, и я неожиданно заметила на его лице панику. И она принесла мне какое-то почти садисткое удовольствие… — Ты не хочешь идти со мной?

— А ты лучше с дочкой побудь, — вступила Антонина Павловна прежде, чем я открыла рот, чтобы ответить. — А то с Катей всё время Вера сидит, а ты на работе только и делал, что пропадал, особенно последние полгода. Да, Катюш?

— Да! — кивнула Катя. Она в этот момент сидела на полу и играла со шнурками на ботинках Кирилла. — Папа, да!

— Вот, слышишь, — хмыкнула свекровь. — Ребёнок даёт согласие.

Иди, Веруш, одевайся.

Я развернулась и пошла в комнату, краем уха услышав возмущённое шипение Кирилла:

— Мама!!!

Всё-таки повезло мне со свекровью!

17

Вера

Мы с Антониной Павловной отлично провели время — выпили чаю, съели по паре пирожных, поболтали о разном. Загул Кира свекровь обсуждать не стала, я — тем более. Не самая приятная тема, а мне хотелось отдохнуть.

Вот только когда мы около девяти вечера вернулись домой…

Честно говоря, я думала — умру от смеха. По сути это был первый вечер, когда Кирилл остался с Катей без подстраховки — моей или Антонины Павловны.

И всего-то на два с половиной часа! Тоже мне — подвиг. Однако, судя по лицу мужа, он и правда считал это подвигом."

"В квартире был даже не бардак… Как в том стихотворении: «Был на квартиру налёт?.. К нам заходил бегемот?.. Просто приходил Серёжка, поиграли мы немножко». Кирилл с Катей тоже поиграли — и разнесли всё к едрене фене.

Игрушки были на полу — абсолютно все. Ровным слоем уложены по детской, да и по гостиной тоже. В той же куче обнаружились и Катины книжки, которые я обычно аккуратно складываю на комод: достаю оттуда и убираю сразу, как она посмотрит, чтобы не валялись.

Стол на кухне был залит чаем и вареньем, на углу лежало надкусанное яблоко. Табуретки были перевёрнуты, одна отчего-то стояла на плите (вот это я вообще не поняла). На холодильнике обнаружились отпечатки Катиных ладошек, измазанных вареньем. Диван в гостиной оказался разрисован фломастерами и заляпан разноцветным тестом для лепки.

Посреди этого великолепия стояли взъерошенный Кир в мокрой футболке и абсолютно довольная Катя.

Щёки, лоб, подбородок, руки — всё было в варенье. А вместо аккуратных трёх хвостиков, которые я ей сделала сразу после пробуждения, на голове у дочери красовалось натуральное воронье гнездо. Тоже в варенье, да.

— Сходили в ресторан… — пробормотала я, и Кир насупился.

— Лучше бы спасибо сказала!

— Спасибо! — поблагодарила я от души.

Антонина Павловна, смеясь, поехала домой, Кира я отрядила приводить в порядок квартиру, а сама отправилась в ванную — отмывать Катю.