Несмотря на то, что меня давно не било током, а до обращения к врачам после подобного и вовсе никогда не доходило, сильнее впечатлило не это, а то, как Вера переживала за меня! Я на мгновение даже подумал, а не купит ли она билет на самолёт, чтобы проверить, не занимаюсь ли я бравадой, когда говорю, что со мной всё в порядке. Мы созвонились по видеосвязи, и я стал изображать, что не могу дотронуться до кончика носа и тычу пальцем себе в глаз, а потом с трудом связываю слова и заплетающимся языком говорю в камеру:

— Ты кто такая? Я тебя не знаю!

— Вот теперь вижу, что ты в порядке, — засмеявшись, сказала Вера.

И в то же время, если Вера куда-то уезжала по делам и должна была возвращаться поздно вечером, мне, будучи на другом конце страны или за границей, непременно требовалось знать, нормально ли она добралась до дома. И, конечно же, в такие моменты во мне порой и ревность просыпалась, так как мы не говорили на тему личной жизни и иногда я думал, что Вера вполне могла бы уже найти себе кого-то другого. Или вновь наладить отношения с Киром — я был уверен, что, пока тут гастролирую, друг старается изо всех сил, пытаясь вернуть жену. Но всё же в первую очередь во мне включалось банальное переживание за близкого человека. Я просто хотел знать, что с Верой всё в порядке и что ночные улицы никак ей не навредили.

Несмотря на то, что тур проходил восхитительно, хоть и не без сложностей, я получил кучу опыта и эмоций, сильно сдружился с музыкантами, увидел новые города и страны и по касательной отхватил немного любви от фанатов группы, но я всё равно ловил себя на мысли, что хочу вернуться как можно быстрее.

В один из вечеров в отеле на другом конце страны я даже решил перечитать договор, который заключил перед началом гастролей. Я намеревался выяснить, могу ли вернуться до окончания тура, учитывая то, что я работаю с напарником, который уже показал себя отличным световиком, способным достойно подменить меня в случае чего."

"Помимо желания поскорее увидеть Веру и расставить наконец все точки над «и», меня тянуло назад и кое-что другое — у папы появился какой-то секрет! Я не пытался его раскрыть, но по недомолвкам заметил, что какие-то перемены у отца явно случились. Он зачастил ездить на дачу и уходил от ответов на некоторые вопросы.

Было непохоже, что он скрывает что-то страшное вроде болезни, поэтому я решил дождаться возвращения, а там и выпытать, в чём тайна этого крепкого орешка. До жути было любопытно узнать, что же у него такое происходит.

Но договор, естественно, не предусматривал возможность расторжения в случае изнеможения от зуда любопытства или острой любовной недостаточности.