— Ещё...

Я налил, Кир выпил ещё полстакана, после чего забрался на диван и, тяжело выдохнув, завалился на него мешком с картошкой.

— Есть хочешь? — поинтересовался я, хотя догадывался, что нет."

"— Не, от еды стошнит.

— Кофе?

— Да... И от башки что-нибудь есть?

Я отрицательно качнул головой, и Кир застонал, будто его приговорили к смерти.

Я молча сварил кофе на две чашки и сел за стол напротив Кира. Он кое-как приподнялся с дивана, сделал несколько глотков, зажмурился то ли от удовольствия, то ли из-за тошноты и чуть погодя заговорил:

— Вера хочет развода…

Кир заметил, что я не удивился, и выдохнул:

— Ты знал?

Я ответил обтекаемо, не желая делать ему ещё больнее, чем уже есть:

— Догадывался, что так будет.

Я же знал о вашей вчерашней встрече, ты сам говорил. Ну и, увидев, в каком виде ты припёрся ко мне, понял, что произошло. Я ещё Вере вчера написал, что ты у меня, чтобы она не волновалась. У тебя телефон разбит, она тебя потеряла...

— Да ей похер на меня! — рявкнул Кир.

— Всё намного сложнее, мужик. Ей никогда не будет совсем уж похер на тебя, как минимум потому что ты — отец её ребёнка, а это навсегда.

— Я её муж.

..

— Ты дал согласие на развод?

— Да, но…

— Но это неважно, на самом деле. Если Вера сказала, что хочет развода, то это финал. Ты же это понимаешь? Ты уже не её муж, — сказал я максимально ровным голосом, как будто озвучиваю несмертельный, но не поддающийся лечению диагноз. — Кир, тебе надо быстрее это принять и двигаться дальше.

Он отрицательно качал головой, глядя в потолок.

— Слушай, у неё было полгода, чтобы принять решение. Это не импульс. Это очень взвешенное решение. Шанс, что она изменит его, стремится к нулю.

Друг молчал, но я видел, что он в отчаянии.

Даже более чем в отчаянии — к нему примешивалась ещё и стадия отрицания собственного будущего.

— Да, блядь... Несправедливо это всё, — выдохнул Кир, треснув ладонью по спинке дивана так, что она издала глухой, но громкий звук, из-за которого я слегка вздрогнул от неожиданности.

— Что?

— Да всё! — сжал кулаки Кир, посмотрев на меня взглядом безумца. — Я же признал, что совершил ошибку. Мы же, блядь, взрослые люди! Стоит ли рушить нашу семью из-за одного косяка…

Я чуть не усмехнулся, но кое-как сдержался. Кир говорил точь-в-точь как Рита.

— Косяк серьёзный, — заметил я аккуратно.

— Ну не настолько же, чтобы всё перечеркнуть! — решительно возразил друг. Интересно, он говорил Вере то же самое накануне? Тогда ничего удивительного, что она была настолько расстроена. — Надо ведь и контекст учитывать! Я же не просто так между делом убежал на потрахушки, потому что с Верой всё было слишком хорошо! Я же не с жиру бесился! Я облажался, потому что тогда был самый сложный момент в моей жизни! И я с ним не справился, я не спорю с этим. Не сдержался и сходил налево...