Все в комнате было как всегда и так же, как всегда, отражалось в зеркале. К нему-то и подошла Лариса. Уперлась ладонями в стеклянную поверхность.

– Ты видишь, ничего нет!

И обратилась к зеркалу.

– А ты слышишь? Тебя нет! – сказала она с такой злостью, что Карину передернуло. – Тебя не существует, и не смей ее мучить!

С этими словами Лариса изо всех сил двинула ногой по зеркалу. На пол хлынул сверкающий водопад. Но этого Ларику показалось недостаточным, и она, навалившись на шкаф, попыталась его сдвинуть. Безуспешно.

– Помоги-ка, – вдруг обратилась тетка к племяннице совершенно нормальным тоном, словно не она только что разбила зеркало ногой.

Карина послушалась. Вдвоем они подозрительно легко сдвинули громоздкий предмет мебели почти на метр в сторону окна.

– Какая ты сильная, – заметила Лариса, – вот и оборотень в хозяйстве пригодился.

– А что сейчас было такое? – спросила Карина. – В смысле все это…

– Видишь ли, некоторые предметы соприкасаются со всякими потусторонними мирами, – буднично объяснила тетка. – Теперь мы отодвинули шкаф, и больше через него никто не пролезет.

Вот и поди пойми, всерьез Лариса говорит или шутит.

– Что ты уставилась? – продолжила тем временем тетка. – Передачи про экстрасенсов смотреть надо. Кто теперь этот развал убирать будет? Я, что ли?

И, противореча самой себе, она взялась за разбитую дверцу шкафа. Та жалобно хрустнула и отвалилась.

– Зараза! – рявкнула Лариса, едва успев отскочить в сторону.

На дне шкафа что-то сверкнуло. Ярко-голубым, вернее – бирюзовым. Осколок зеркала? Нет. В шкафу спокойненько лежало какое-то украшение. Которому неоткуда было взяться. Разве что призрак принес.

– Что это? – Карина успела первой."

"Браслет, который она схватила, был бешено красив. Полоса бледно-желтого металла, усыпанная мелкими сверкающими камнями – сразу видно, что не какими-нибудь стекляшками, – зелеными, бирюзовыми и светло-голубыми. Наверное, браслет охватывает руку в два витка, танцует вокруг запястья, упругий и легкий. Казалось, что она держала сейчас кусочек моря, волнующегося, бурлящего, невообразимо живого. Ничего подобного ей не доводилось видеть – ни в кино, ни в книгах, вообще нигде.

И дело даже не в том, чтобы «видеть». Дело в том, что браслет действительно казался… живым.

– А ну дай сюда! – Лариса выхватила у племянницы украшение.

– Откуда он взялся? Ларик, отдай!

– В школу, что ли, наденешь? В шкафу, скорее всего, очередной тайник был. В нашем доме их без счета. – Лариса тяжело опустилась на стул.

– Лар, ну так нечестно! Не буду я его носить, но он же дорогой! Если его продать, то можно на море поехать, лестницу нашу паршивую починить, тебе шубу купить и мне что-нибудь не из секонд-хенда…

Карина говорила, но понимала, что несет ерунду.