— А номер, номер не заметил случайно?

— Я даже не обратил на него внимания, — огорченно покачал головой парнишка и тут же спросил: — Вы девочку ищете, да? Ту, что пропала?

— Да, — кивнула я. — К вам из милиции приходили?

— Да они здесь вчера полдня болтались, спрашивали про девочку и про собаку…

— Спасибо тебе, — вздохнула я.

— Если б я знал, номер записал бы обязательно…

— Конечно, — кивнули мы с Женькой и зашагали к «Фольксвагену».

— Надо звонить в милицию, — разволновалась подружка. — Серебристый «Део» — уже кое-что. Может, его еще кто видел и номер запомнил. А эти олухи сначала собаку проворонили, теперь машину… Ничего доверить нельзя… — Я никак не реагировала на Женькины слова, и она спросила обиженно: — О чем задумалась?

— О серебристом «Део», — ответила я. — Помнишь, на даче такой проезжал, Верка еще беспокоилась, вроде бы видела его раньше в городе, помнишь?

— Нет, — созналась Женька, что делало ей честь, обычно она, и зная, и не зная, обо всем осведомлена лучше всех. Я начала рассказывать, а подружка кивать, таким образом мы достигли машины и через несколько минут уже тормозили напротив дома Дунаевых. Я с опозданием вспомнила, что во двор к ним заехать нельзя, а оставлять машину здесь очень не хотелось, потому что знак «Стоянка запрещена» только что порадовал глаз.

— Зря на машине поехали, — буркнула я, а Женька недовольно нахмурилась:

— Ничего с твоей тачкой не сделается. — Хорошо ей говорить, свою-то она давно разбила. Дверь нам открыла Наталья, должно быть, мы ее разбудили: лицо заспанное, глаза красные, точно она перед тем, как уснуть, долго плакала.

— Как дела? — спросила Женька, а она зашептала:

— Проходите, Верочка только-только прилегла. «Скорая» приезжала, давление у нее подскочило до 180, сделали уколы, теперь спит.

— О господи, — испугалась я, — только этого не хватало. А где Игорь?

Простой вопрос поверг Наталью в смущение, она вдруг покраснела и торопливо произнесла:

— По делам отлучился…

— По каким таким делам? — насторожилась я.

— Я не знаю… — Врать Наташка не умела и теперь чувствовала себя скверно, хмурилась и отводила глаза. Чудеса.

— А мы кое-что узнали, надо в милицию звонить, думаю, Лельку увезли на серебристом «Део».

В милиции наш рассказ особого впечатления не произвел. В какой-то момент я вдруг поняла, что мы здорово действуем на нервы стражам порядка своим самодеятельным расследованием. Роман Андреевич, кстати, тоже нервничает, а между тем нам без конца повторяют, что с родной милицией надо сотрудничать.

— Ничего они не сделают без нашего чуткого руководства, — покачала головой Женька. — Прошляпят все царство небесное…

— У них людей мало, а преступлений много, — решила я вступиться за блюстителей порядка.

— А-а, — отмахнулась подружка.