К этому моменту Ань, должно быть, уже здорово набралась, потому что в последнем ее сообщении значилось: «Зони, ели хочешь при соединиться, Оливв».

— Я забыла пижаму и хотела узнать, нельзя ли что-нибудь позаимствовать у друзей, но, кажется, их не будет на месте еще несколько часов. Хотя, может, Джесс не поехала с ними, дай я напишу и узнаю…

— Вот. — Адам положил на ее кровать нечто черное и аккуратно сложенное. — Можешь надеть, если хочешь.

Она скептически осмотрела предложенную вещь.

— Что это?

— Футболка. Я спал в ней вчера, но, вероятно, это лучше, чем твое платье.

Для сна, я имею в виду, — добавил он, слегка покраснев.

— О!

Оливия взяла футболку и тут же заметила три вещи: она была такой огромной, что достала бы ей до середины бедра, а может, и ниже; она пахла божественно, кожей Адама и кондиционером для белья, Оливии хотелось зарыться в футболку лицом и вдыхать этот запах неделями; а на груди шла надпись большими белыми буквами…

— «Биониндзя»?

Адам потер затылок.

— Я ее не покупал.

— Ты ее… украл?

— Это был подарок.

— Что ж. — Она улыбнулась. — Чертовски хороший подарок.

Доктор ниндзя.

Он бесстрастно посмотрел на нее.

— Расскажешь кому-нибудь, я буду все отрицать.

Оливия хихикнула.

— Ты уверен, что можешь дать ее мне? А что наденешь ты?

— Ничего.

Она, должно быть, слишком сильно разинула рот, потому что он удивленно посмотрел на нее и покачал головой.

— Шучу. У меня футболка под рубашкой.

Она кивнула и поспешила в ванную, очень стараясь не встречаться с ним взглядом.

В одиночестве, под горячими струями, было гораздо труднее думать только о несвежих суши и усмешке Адама и забыть, почему она сегодня три часа навязывала ему свое общество.

Том повел себя с ней отвратительно, и ей необходимо сообщить об этом в отдел кадров. Необходимо рассказать обо всем Адаму. Необходимо сделать что-то. Но каждый раз, когда Оливия пыталась обдумать это рационально, у нее в голове раздавался его голос: «посредственность», «красивые ножки», «бесполезно», «вторично», «умильная слезливая история» — так громко, что она боялась, как бы ее череп не раскололся на куски.

Так что Оливия постаралась принять душ как можно быстрее, отвлекая себя чтением этикеток на шампуне Адама и его геле для душа (там было что-то гипоаллергенное с правильным pH-балансом, что заставило ее закатить глаза), и вытерлась настолько быстро, насколько позволяли человеческие возможности.

Она сняла контактные линзы и стащила немного зубной пасты. Ее взгляд упал на его зубную щетку, угольно-черную вплоть до щетины, и Оливия не могла сдержать смешок.

Когда она вышла из ванной, Адам сидел на краю постели, одетый в клетчатые пижамные штаны и белую футболку.