— Тогда эта — моя, — пробормотала она, сев на ближайшую к окну кровать и несколько раз подпрыгнув, чтобы проверить жесткость матраса.

Это был хороший номер. Не чудовищно дорогой, хотя Оливия вдруг почувствовала благодарность за то, что Адам фыркнул и посмотрел на нее как на ненормальную, когда она предложила оплатить половину. По крайней мере, тут было достаточно просторно, так что им не придется сталкиваться всякий раз, проходя по комнате. Иначе это было бы похоже на исключительно садистскую версию игры «Семь минут в раю».

Впрочем, им не придется проводить много времени в обществе друг друга.

Через пару часов ей предстояло сделать доклад… фу-у-у… затем она пойдет на факультетскую вечеринку с друзьями и не вернется в номер до тех пор, пока… ну, пока будет возможно.

Скорее всего, у Адама уже было запланировано множество встреч, и, возможно, они даже не увидятся. Когда он вернется вечером, Оливия будет спать, а завтра утром один из них притворится, будто спит, пока второй будет собираться. Все должно пройти хорошо. Безобидно. По крайней мере, хуже, чем сейчас, уже не станет.

Обычным нарядом Оливии для конференций служили черные джинсы и наименее потрепанный кардиган, но несколько дней назад Ань заметила, что для доклада это слишком повседневный аутфит.

Провздыхав несколько часов, Оливия решила взять черное платье с запахом, которое она купила на распродаже перед собеседованием в аспирантуру, и черные туфли-лодочки, позаимствованные у сестры Ань. Тогда это казалось хорошей идеей, но как только она зашла в ванную, чтобы переодеться в платье, то поняла, что оно, видимо, село с последней стирки. Подол был по крайней мере на пару сантиметров выше колен. Оливия застонала и сделала селфи для Ань и Малькольма, которые ответили ей фразой «По-прежнему подходит для конференции» и эмодзи-огоньком соответственно. Расчесывая свои волнистые волосы и сражаясь с засохшей тушью — не стоило, видимо, покупать косметику в магазине «Все за доллар», — Оливия молилась, чтобы Ань оказалась права.

Она как раз вышла из ванной, репетируя про себя свою речь, когда дверь открылась и кто-то — Адам, конечно, это был Адам — вошел в комнату. Он держал в руках карточку от номера и набирал что-то на телефоне, но замер, как только поднял взгляд и заметил Оливию.

Рот его открылся и…

Все. Он так и остался открытым.

— Привет. — Оливия заставила себя улыбнуться. Сердце у нее в груди делало что-то странное. Билось слишком быстро. Наверное, придется идти к врачу, как только она вернется домой. С кардиологией шутки плохи.

Адам резко закрыл рот и кашлянул.

— Ты… — Он сглотнул и переступил с ноги на ногу. — Тут.

— Ага. — Она кивнула, все еще улыбаясь. — Только приехала.