— Ань пожала плечами, явно не веря ни слову из того, что сказала Оливия. — Так, мне пора возвращаться к своим бактериальным культурам. Я зайду подоставать тебя, когда у меня будет перерыв, хорошо?

Оливия медленно кивнула, глядя в спину своей подруге, пока та направлялась к двери. Сердце у нее пропустило удар, когда Ань вдруг обернулась с неожиданно серьезным выражением лица:

— Ол. Я хочу, чтобы ты знала… Я боялась тебя обидеть тем, что встречаюсь с Джереми. Но теперь не боюсь. Потому что знаю, как ты выглядишь, когда по-настоящему… Ну. — Ань робко улыбнулась ей.

 — Я не стану произносить этого, если не хочешь.

Она ушла, махнув рукой, а Оливия еще долго стояла неподвижно, уставившись в дверной проем. Затем она опустила взгляд в пол, плюхнулась на табурет позади себя, и подумала одну-единственную мысль: «Вот дерьмо».

Это был не конец света. Даже лучшие из людей могут запасть на тех, с кем встречаются не по-настоящему, и это еще ничего не значит — только Ань сказала «влюблена»: о боже, она сказала «влюблена».

Твою мать. Твою мать, твою мать, твою мать.

Оливия закрыла за собой дверь кабинета и опустилась на стул, надеясь, что сегодня не тот единственный день в семестре, когда ее коллеги решат появиться в университете до десяти утра.

Это была ее вина. Ее глупый поступок. Она знала, она знала, что Адам начал казаться ей привлекательным. Она знала это почти с самого начала, а потом стала разговаривать с ним, узнавать его получше, хотя это никогда не было частью плана, и… черт бы его побрал за то, что раньше он казался ей совсем другим человеком. За то, что теперь вызывал у нее желание проводить с ним все больше и больше времени.

Черт бы его побрал. Оно было там, проклюнулось в Оливии в последние несколько дней, а она не замечала этого. Потому что была идиоткой.

Она резко встала и принялась рыться в карманах в поисках телефона, а потом нашла номер Малькольма.

Оливия: Надо встретиться.

Боже, благослови Малькольма: ему понадобилось меньше пяти секунд, чтобы ответить.

Малькольм: Пообедаем попозже? Я собирался покопаться в нервно-мышечном соединении крысенка."

"Оливия: Мне нужно поговорить с тобой СЕЙЧАС.

Оливия: Пожалуйста.

Малькольм: «Старбакс».

Десять минут.

— А я тебе говорил.

Оливия не потрудилась оторвать лоб от стола.

— Нет.

— Ну, может быть, я не говорил так прямо: «Не ввязывайся в эти фейковые отношения, ты влюбишься в Карлсена», но я сказал, что это идиотская идея и все кончится катастрофой… что, я полагаю, описывает текущую ситуацию.

Малькольм сидел напротив нее у окна в переполненной кофейне. Студенты вокруг болтали, смеялись, заказывали кофе… грубияны, они совершенно не подозревали, что жизнь Оливии перевернулась с ног на голову.