Главным было удержать её возле себя хотя бы немного и дождаться флангового удара эскадрона гусар. Они ввиду своей малочисленности должны были бить только лишь в самый удачный момент, с майором это было обговорено заранее. Но до него егерям нужно было ещё дожить!

— Раз, два! Раз, два! Присесть! Укол! — Лёшка своим кинжалообразным штыком распорол бедро наскакивающему на него беслы и еле успел пригнуться. Сабля чиркнула по самому верху егерского картуза, рассекая его.

Хэк! Хлебников Славка вонзил свой штык во врага, добивая. Лёшка воспользовался паузой, пока конь выносил вбок убитого, вырвал пистоль из кобуры и выстрелил в того, что сейчас наскакивал на Макарыча. Ших! Молодой резкий конник выскочил сбоку и срубил солдатика их четвёртого плутонга, что только пару месяцев назад влился в роту. Сразу двое беслы вклинились в образовавшийся разрыв, а за ним, размахивая саблями, готовились ворваться в центр каре ещё несколько.

— Убью-ю! А-а-а-а! — от пушек с медвежьим рёвом вылетел фейерверкер Степанов и длинным орудийным банником, словно бы оглоблей, влупил с ходу по лошади, а потом по её всаднику и снова по лошади. Конь с разбитой мордой тонко взвизгнул и отпрянул резко назад, выталкивая своим крупом тех, кто в это время шёл за ним. Фейерверкер, словно былинный богатырь, не переставая, молотил перед собой. Из-за спины артиллериста выскочил корсиканец Лоренцо и проткнул шпагой всадника. С боков дружно заработали штыками егеря и заткнули образовавшуюся брешь, а своего убитого и двух раненых выволокли в центр квадрата к орудиям.

В мелькании лошадей и всадников в чёрном вдруг что-то «зацепилось» за Лёшкин глаз.

— Фарханг! Иди сюда, у меня тут два волчьих хвоста в кармане! Ещё один нужен! — выкрикнул Лешка, опознав среди врагов своего личного кровника.

В это время, оставив десятки тел возле каре егерей, так и не сумев их сломить, беслы начали обтекать это пехотное построение по флангам и выходить с берега на равнину.

Ну, вот теперь было уже самое время!

От рощи с криком «ура!» во фланг им врубился трёхсотенный эскадрон гусар. Оставшиеся без управления, потерявшие более сотни своих воинов при переправе и на берегу и уже надломленные жестоким боем беслы не выдержали этого стремительного удара и начали поворачивать коней. Фарханг, остановив своего, развернул его боком и, выхватив пистоль из-за пояса, почти не целясь, выжал спусковой крючок. «Бум!» — пуля влупила в бедро стоявшему рядом с Егоровым Лёньке. Беслы мотнул от досады головой, оскалился и пришпорил коня. Нет, он не понёсся, как многие его товарищи, обратно к броду. Зачем ему быть там мишенью? Всадник стремительно нёсся вдоль реки в сторону Дуная.