— Это квартиры Леры, если ты не помнишь.

Да, мне тоже хочется уколоть его и напомнить, что как бы он не хотел, но прошлое — оно общее.

— Она на полгода уехала в Китай и попросила присмотреть за квартирой и машиной, чтобы мне не тратить деньги на съем, ну и не проводить полжизни в дороге, — поясняю ему зачем-то. Даже не знаю, интересно ему или нет, но он только кивает в ответ и молчит.

— Почему мы не едем?

Начинает напрягать это молчание, будто мы еще кого-то ждем.

— Я прогреваю автомобиль, — отвечает он со знанием дела.

Мужчины же должны разбираться в автомобилях. Беззвучно усмехаюсь его ответу.

— Никифоров, мало того, что двигатель работает с повышенной нагрузкой на катализатор во время холода, так еще на холостых оборотах без нагрузки происходит повышенное образование нагаров на клапанах и форсунках.

Он медленно поворачивает ко мне голову, с недоверием рассматривая меня. Как будто я своими словами разрушила какую-то аксиому.

— Много там чего, короче — так ты быстро угробишь свою новую машинку, вызывая повышенный износ и снижая динамику и мощность.

— Мой автомеханик говорит другое.

— А тебе этот автомеханик показывал, как это выглядит изнутри или он сам только на картинках видел?

— Я ему доверяю.

— У тебя были когда-то сомнения не доверять мне?

Он не отвечает, но трогается с места. То ли время его прогрева подошло к концу, то ли он прислушался ко мне. Мы выезжаем с парковки, аккуратно минуя на поворотах бордюры. При каждом торможении слышу, как срабатывает антиблокировочная система. Дорога скользкая и хорошо, что я не поехала сама.

— Почему Вольво? — заполняю тишину и задаю нейтральный вопрос, не касающийся нас. Мы ведь можем просто поговорить, будто мы старые знакомые.

— А что должно быть? — Марк крепче сжимает руль, добавляя при этом скорость работы дворников.

— Ну там БМВ, Мерседес, Ауди. Они топ этого года.

Я разворачиваюсь к нему, чтобы наблюдать за его реакцией. Родинка на гладко выбритом лице сейчас кажется такой одинокой. Хотя все равно ему идет.

— Зато Вольво считаются самыми безопасными машинами в мире.

— Соглашусь. — Скольжу взглядом по матовой поверхности приборной панели. — Какой двигатель?

— Двухлитровый, дизель.

В уголке его глаз появляется несколько морщинок, и он дополняет: “ Триста лошадей, полный привод, восьмиступенчатый автомат”.

Выдает всю информацию и усмехается. Мы оба знаем, что я понимаю сейчас, о чем он говорит, и именно эти подробности хотела услышать.

— Небось, и комплектация максимальная?

— Даже больше, — с гордостью отвечает.

— Кто бы сомневался.

— Что скажешь о машине?

— Элегантно, стильно, солидно, — говорю уже сформировавшееся мнение. — Даже удивительно, что это не какой-то Мерседес. У большого Босса должен быть топ.