― Колин, это… Боже, потрясающе красиво, ― я гладила кончиками пальцев серьги с сапфирами и восхищенно смотрела на то, как переливаются камни при дневном свете.

― Я рад, что тебе понравилось.

― Я в восторге, спасибо, ― я снова набросилась на него и начала зацеловывать его лицо. Колин едва успел отставить чашку, чтобы не расплескать кофе. Когда наши губы соприкоснулись, я кое-как смогла оторваться от него. Наверное, если бы не смех Вики, я бы повела себя не самым лучшим образом на глазах у детей и, вероятно, забралась бы на колени к Колину. Но мне пришлось оторваться от него.

― Ну что, какие мультфильмы смотрим сегодня? ― спросила я, поворачиваясь к детям. Мою ладонь все еще приятно грела горячая рука Колина.

* * *Когда дети после очередного мультфильма изъявили желание посмотреть самую рождественскую из всех комедий, я закатила глаза и направилась в кухню, чтобы сделать еще какао. Я только налила молоко в сотейник, как к моей спине прижалось горячее тело, и ухо обдало дыханием.

― Хочу тебя.

И следом за этим жадные мужские ладони принялись кружить по моему животу, поднимаясь выше, сминая грудь, покручивая соски. У меня закатились глаза от удовольствия, и я выгнулась сильнее, упираясь попкой в твердый член, скрытый джинсовой тканью.

― Господи, дети же в гостиной, ― выдохнула я тихо.

― Пойдем со мной.

Колин схватил меня за руку и стремительно двинулся в конец коридора. Мы ворвались в прачечную, захлопнули дверь, и он прижал меня к ней, жадно впиваясь в мой рот жарким поцелуем. Задрал кофту и сдернул вниз кружевной бюстгальтер, снова сжимая грудь нетерпеливыми руками. Я уже стянула свои пижамные штаны и трясущимися пальцами расстегивала ширинку Колина. За несколько мгновений он спустил джинсы и, подхватив меня под попку, поднял в воздух. Я задохнулась от первого толчка и уперлась затылком в дверь, вцепившись в плечи Колина, пока он неистово толкался в мое податливое тело. Я была мокрой, и шлепки от нашего столкновения выходили неприличными, грязными, но такими возбуждающими. Каждый звук, которые издавали наши тела, и запах разжигали пожар сильнее, пока он не сжег меня дотла. Я выгнулась и прикусила губу, промычав от блаженства. Колин наклонился ко мне и, поглотив мой стон своими губами, догнал свое удовольствие.

Все было быстро и стремительно. И снова жадно, неистово, как будто в следующую секунду мы умрем, и спешили насладиться друг другом как можно быстрее и сильнее.

Мы тяжело дышали, когда Колин опустил меня на пол и, взяв мое лицо в ладони, нежно поцеловал. Потом провел губами по моим векам, щекам и, оставив нежный поцелуй на лбу, отстранился.

― Прости, не сдержался.

― Мне ли жаловаться? ― с улыбкой произнесла я.

― Надеюсь, ответ на твой вопрос отрицательный, ― усмехнулся он.

― Так и есть.