Интерес ко мне у Карады разыгрался нешуточный — это уже точно. Это читалось в каждом его взгляде, в легкой улыбке, не сходившей с губ. Но я пока не понимала: радоваться этому или пугаться?

Все же где-то по дороге к поместью я свою железобетонную категоричность по поводу его личности частично растеряла. Нет-нет, да и мелькали в голове предательские мысли: «А что, если то, что Доменик сделал с настоящей Телани… избавило ее душу от заточения в клетке безумия? Может, теперь она отправилась жить свою лучшую жизнь? Пусть там, в лучшем мире, отрывается по полной, как я на её месте».

К тому же я совсем не верила в то, что герцог прямо-таки извращенец и всю жизнь только и мечтал, как бы переспать с бесчувственным телом. Ну никак он на такого не походил — ни внешностью, ни поведением, ни чувством собственного достоинства.

А все это грозило опасными последствиями: как бы мне самой, старой дурочке, в свою же расставленную ловушку не попасть. А какой лучший способ не забивать голову любовными глупостями? Правильно! Срочно заняться важными и, желательно, сложными делами — такими, чтобы мозги аж вскипали от усилий, и было не до романтики.

— Обсудим ваше соревнование за трон и нашу с Матильдой помощь в этом нелёгком деле? — примирительно предложила я, замедляя шаг и ловя взгляд Доменика.

Если погружусь в дворцовые интриги, мне точно некогда станет по красавчику герцогу украдкой томно вздыхать.

— Да от вас особо ничего и не требуется. — Доменик нервозно дёрнул плечом, избегая моего взгляда. — В условиях обозначено лишь наличие жены.

Все же он немного обиделся. Да и ладно!

— Не думаю, что этот пункт внесли в требования просто так, ради галочки, — возразила я быстро, едва сдерживаясь от того, чтобы потереть руки от предвкушения заварушки.

— Наверняка есть подвох. Расскажи, как этот отбор вообще проходит. Может, я взгляну свежим взглядом и пойму, в чём там дело.

Головоломки и детективы — моя страсть. Я прекрасно проведу тут время, погрузившись в интриги. Помню, у нас в парткоме такой серпентарий был… закачаешься. Выживали сильнейшие!

Доменик молча свернул на узкую аллею, над которой кроны старых вязов сомкнулись, создав зеленый туннель.

В конце виднелось небольшое одноэтажное мраморное здание с рядом памятников по бокам — очень похоже на фамильный склеп.

— Расскажу, но исключительно в качестве жеста доброй воли, — наконец, проворчал герцог. — Возможно, ты проникнешься моей откровенностью и расскажешь, откуда такая взялась.

Это вряд ли. Но я ободряюще кивнула.

— Ты прав, надежда есть, — сказала приторно-сладким тоном. — Я слышала, что личный пример — лучший учитель.